— То есть, за халявой пришли? Думаете, раз я деревом занимаюсь, то всегда рад поделиться? Я вам не Орк Мороз какой-то! — Зиг начинал сердиться, решив, что его просто так отвлекают от работы. — За спасибо я никому ничего не даю, если на этом всё — проваливайте.
Густав потянулся к своей дубине, но брат его остановил, решив попробовать свой козырь, который он вообще и был не против обсудить.
— Есть у меня идея, как твой ручной труд облегчить, а заодно и ускорить. — на этих словах Ксавье достал несколько чертежей из своей сумки. Самых простых, чтобы объяснить принцип действия своего станка. — Вот взгляни, подобный я собрал у нас в таверне, жмёшь на педаль, пила крутится, можно двумя руками любое бревно держать и распиливать, заготовки делать. А вот до ума довести процесс не получается, материала не хватает. Поможешь нам — я тебе такой же соберу, а того гляди вместе улучшим некоторые моменты. С твоим опытом и моими мозгами нам это явно будет выгодно. — Ксавье был полон решительности, а неизвестное устройство вкупе с обещаниями об облегчении производства и любопытством хозяина лесопилки сделали свое дело.
Орк задумчиво рассматривал чертежи, решая для себя, стоит ли верить двум незнакомцам, однако переговоры наконец-то стали приобретать деловой характер. — Складно чешешь, зеленокожий, но и я не эльфийка, чтобы мне уши греть. Покажешь свое чудо техники, а там уже и решим, будем ли мы сотрудничать. Древесины я на тесты выделю, остальное, если вы меня не дурите, позже. — на этих словах Зиг протянул испещренную порезами, мозолями и ссадинами руку, дабы закрепить уговор.
Густав в очередной раз удивился хитрости и мозговитости брата, а так же немного расстроился, что руки пришлось жать, а не махать ими, сжав кулаки.
Решив не откладывать договоренности, наши компаньоны выдвинулись в сторону таверны, попутно зайдя в магазин за припасами. Ох и скривилось же лицо Зига, когда они прибыли к месту назначения. Каменное, потрепанное годами здание будто бы вытягивало из него всю радость, а вид подгнившей древесины добивал это ощущение. Впрочем, его немного воодушевило то, что станок был на улице и не пришлось заходить внутрь.
Густав был отправлен к эльфийскому лесу срубить дерево для показательного запуска, чему он был даже рад. Во-первых размяться, во-вторых же, надеялся, что недовольные остроухие выползут из своих чащоб и его «головоломка» перестанет скучать, свисая с пояса.
— В общем, как я и говорил, устройство само по себе довольно простое — начал презентацию Ксавье, пытаясь объяснять, как можно проще — Здесь педаль, если ее активно жать, то можно даже толстые стволы распиливать. Соответственно, с мелкими досками работать будет очень просто. специальные подмостки позволяют положить материал, чтобы разгрузить руки и проталкивать его с нужной скоростью и под нужным углом.
В этот момент второй брат уже приволок грубо обтесанное от сучков бревно, взвалил его на станок, а сам занял свое место, приготовившись изрядно попотеть.
Интерес Зига усиливался с каждой минутой, он даже вызвался сам сначала сделать распил, а потом и поработать ногами, дабы со всех сторон изучить процесс, а затем сделать выводы, по душе ли ему предложение новоиспеченных партнеров.
Результат же не мог не обрадовать мастера. Менее, чем за 2 часа у него получилось сделать работу, которая занимала по пол дня. А ведь это был собранный на скорую руку станок, который можно было доработать и в целом, и под себя. Ксавье же сиял от того, что его изобретение вызывает такой восторг. Решив закрепить выгодную для всех сделку, орки завершили этот день парой кружек пенного, обсудив всю предстоящую работу. Древесина была обещана в любых объемах, советы по обработке тоже, а второй станок в скором времени должен был начать радовать нового владельца.
Где-то внутри таверны, куда не проникает свет
— Будь прокляты эти зловонные трущобы, чтобы я еще раз полез в эту нору добровольно. — ругань была еле слышна, ведь тот, кто крадется — не хочет, чтобы его заметили раньше времени. Темнота была ему другом и союзником, ровно до тех пор, пока не показался первый отблеск света и не начали вырисовываться силуэты и очертания места, куда он так стремился скрытно попасть.