Сегодняшний день стал исключение, когда дверь отворилась и на пороге появилась знакомая братьям закутанная в плащ фигура, которая направилась к столу, где сидели владельцы. Присев с краю он кивнул каждому и рукой показал Эмбер поставить ему пару пива.
— Старина, ты как-то зачастил, неужели уже успел соскучиться? — Густав подвинул к гостю тарелку с закусками и попросил Эмбер принести на всех горячий ужин, — Герберт, что-то случилось? У тебя все в порядке?
Человек лишь отмахнулся и скинул с себя капюшон. За время, что он отсутствовал произошли некоторые изменения, которые можно было заметить невооруженным взгляд. Если раньше этому человек нельзя было дать больше сорока лет — то сейчас он как-то осунулся и поседел. Когда принесли пиво он залпом осушил первую кружку и выдохнул.
— Ксавье, Густав. Вы просто не поверите где я был и что я делал. В прочем, объяснить такое словами я бы и не смог, — путешественник уставился в пустую кружку и продолжил, — На самом деле, я не знаю, почему я пришел именно к вам, сюда. Но мне кажется, что такое не должно попасть кому-либо другому. Ксавье, надеюсь, ты поймешь меня и не будешь сильно сердиться из-за того, что я пытаюсь спихнуть на тебя все.
— Герберт, не переживай. Я всегда буду рад помочь тебе. Даже если это будет связано с чем-то незаконным, поверь, мы разберемся. В обиду тебя никто не даст и если потребуется — можешь даже у нас жить. Работу найдем, платить не заставим, наоборот даже.
Человек усмехнулся.
— Вот в чем чем, а в деньгам я уже давно не нуждаюсь. За время моих скитаний я успел столько накопить — хватит на покупку небольшого королевства.
Глаза орков поползли вверх и Густав присвистнул.
— Так что же случилось?! Не томи, Гер! Только разжигаешь интерес, хватит уже ходить вокруг да около! — Старший брат никогда не отличался повышенным терпением.
— Недавно я снова посещал те самые руины, где мы встретили лича. Там было еще одно подземелье, которое открывалось при использовании определенных рунических символов. В том подземелье все было. Неправильно. То есть это был как наш мир, но не совсем. Я не знаю, как конкретнее объяснить, но кажется, что я обнаружил червоточину в другие измерения.
Ксавье напрягся и его взгляд стал серьезнее.
— Ты хочешь сказать, что теория, которую мы с тобой обсуждали ранее, про вариативность миров — нашла подтверждение?
— И да. И нет. Я не могу подтвердить или опровергнуть это. Я — не могу, а вот ты — вполне сможешь, — после этих слов он достал из своей бездонной сумки геометрически идеальный кристалл, который светился фиолетовым, но при этом от него исходило какое-то странное оранжево-красное свечение, — это — ключ, который можно использовать для того, чтобы открыть червоточину. А вот это — записи и инструкции на давно мертвом языке, который ты, наверняка, знаешь.
На стол легла стопка старых, потрепанных бумаг.
— Да, этот язык я точно знаю. Вот уж совпадение, никогда бы не подумал, что наследие моего учителя достигнет меня тут.
— Жизнь в целом вещь такая, — Герберт покрутил рукой в воздухе, как бы показывая неопределенность, — изменчивая и непостоянная. Ты же знаешь, что нет ничего стабильного. Все рано или поздно меняется и это часто не зависит от нас.
— Я помню, что ты сторонник подхода хаоса. Давай вернемся к сути. Как ты умудрился вскрыть гробницу древних? Ты поэтому так плохо сейчас выглядишь?
— Неужели так заметно? Ну вот, теряю хватку, видимо, пора на пенсию, раз такие неотесанные орки уже замечают, что я постарел, — Герберт искренне рассмеялся, чем вызвал улыбки на лицах братьев и позволил им немного расслабиться и меньше переживать за старого друга, — в том, как я сейчас выгляжу лишь частично виновата гробница древних. Да, как ты правильно догадался — я действительно словил крайне неприятное проклятье, которое почти полностью запечатало мои силы. Нет причин для переживаний, я уже договорился с одной аппетитной высшей жрицей о том, что она через пару ночей обязательно снимет с меня проклятье. Придется мне, конечно, постараться, но что не сделаешь для того, чтобы жить дольше.
— Ага, как же. Запудрил бедняжке мозги, а она теперь и в постели стараться будет, и проклятье снимать, тоже мне.
— Не завидуй, Густав. Какие твои годы? Найдешь и ты себе кого-нибудь, кто будет помогать тебе снимать стресс. Не только же заливаться алкоголем, верно? Но мы немного отошли от темы. Ксавье, спрячь, пожалуйста, то, что я тебе только что дал. Это не должно попасть ни в одну из гильдий. А еще о том, что мы сейчас с вами обсуждаем — никто не должен узнать.