— Ага, но все не так, как ты думаешь. Она платит мне, чтобы я с ней ужинал, играл в бридж… танцевал. Ей восемьдесят девять, но, ты знаешь, она очень независимая, полна жизни, — я улыбаюсь, а затем неуверенно добавляю: — Или она такой была.
— Я уверена, с ней все будет в порядке, Кейден, просто отдохни недельку и не обращай внимания на Тора. Он слишком чувствительный. — Я не уверен, является ли чувствительность первой вещью, которая приходит мне на ум, когда я думаю о Торе. — К завтрашнему дню он уже придет в себя и, скорее всего, отправит Мэддокса к твоим клиентам.
— Ага, все нормально. Я не хочу их назад после того, как с ними проведет время Мэддокс.
Она смеется.
— Я слышала, что герпес — не такая уж и веселая штука.
Поппи провожает меня до двери и целует в щеку, наблюдая за тем, как я спускаюсь по лестнице.
— Выше нос, Кейд, — бросает она мне вслед.
Глава 12
Кейден
— Раздевайся и ложись на кровать, руки за голову, — как и всегда дает указания Мелани. Она ничего не сказала о моем отсутствии в прошлую пятницу, но ей и не нужно. Ее недовольство было громким и очевидным. Мне должно быть стыдно, наверное. Нужно извиниться и просто побыть ее сучкой, но я сейчас совершенно не в том настроении, чтобы терпеть ее доминирующую херню.
Я тяжело выдыхаю и смотрю на нее.
— Почему бы мне самому не связать тебя?
Ее взгляд вспыхивает, и она подходит ближе.
— Или ты можешь сделать так, как я тебе сказала. — Вместо того чтобы отступить, я продолжаю напирать. Мы смотрим друг на друга в течении долгих секунд. Медленно уголок ее губ поднимается в улыбке.
— Ты уверен, что готов к этому, Кейден? — холодно спрашивает она.
Я сжимаю губы и разминаю шею, пытаясь не придавать значения ее словам.
— Уверен, — отвечаю я тихо.
Она улыбается, прежде чем завести руку назад и ударить меня по щеке. Моя голова откидывается, и на ее лице появляется язвительная усмешка.
— Разозлись, — она снова заносит руку для удара, но я удерживаю ее, поймав за запястье. — Возьми то, что ты хочешь, — рычит она мне в лицо. Я не раздражительный человек… — Или мне следует снова тебя связать и сделать своей сучкой? Может, это тебе нравится?
Во мне что-то проснулось и зашевелилось. Сдерживаемые в течении недель стресс и разочарование, наконец, показали свое лицо, и мой обычный контроль ускользает. Прежде чем я понимаю, что делаю, моя рука опускается на ее горло, и я заставляю ее отступить на пару шагов назад, она прижимается к окну. Она не хочет, чтобы я ее целовал, поэтому это именно то, что я делаю. Я просто беру. Мои губы впиваются в ее так сильно, что я слышу, как она ударяется головой о стекло. Я проникаю языком между ее губ, и она встречает меня, сопротивляясь и заводя только сильнее. Пульс громко стучит в ушах, и кровь несется по венам, поглощая жаром мое тело. Я опускаю свободную руку, забираясь ей под платье и обхватывая между ногами.
— Возьми, Кейден, — стонет она мне в губы. — Не спрашивай разрешения. — Я отодвигаю белье в сторону и вталкиваю в нее два пальца так сильно, что чувствую, как она пытается отдернуться.
Она неровно дышит, ее руки цепляются в мои плечи, пока я трахаю ее рукой. Она отрывает свои губы от моих, и ее рот открывается в молчаливом стоне. Я целую ее челюсть, вдыхая запах ее духов. Мой каменно-твердый член потирается о материал боксеров. Вынув из ее лона пальцы, я хватаюсь за трусики и разрываю посередине тонкое кружево. Ослабляю хватку на ее горле и заставляю сделать шаг вперед, после чего встаю сзади нее и расстегиваю платье. Ткань падает на пол, и она выходит из него. На ней красный кружевной лифчик, и это все равно что красная тряпка для быка. Я рычу и подхожу ближе, но она ускользает от меня, идя к кровати. Она садится на край, медленно разводит ноги в стороны. Порванные трусики не прикрывают киску. Она осторожно проводит своим идеально наманикюренным ноготком между ног.
— Что ты хочешь сделать со мной, Кейден? — Все. Я хочу сделать, блять, все с ней.
— Встань на четвереньки, — говорю я ей, мой голос звучит хрипло и отчаянно. На ее губах появляется улыбка, и она делает то, что я сказал. Она выглядит такой сексуальной, выгнувшись в этой позе. — И только попробуй, черт возьми, шевельнуться, — я подхожу к своим брюкам на полу и достаю из них презерватив, который всегда храню в кармане, раскатываю его по члену.
Я слышу, как ее дыхание замирает, когда я становлюсь позади нее, а затем это происходит еще раз, когда я касаюсь пальцами ее задницы. Я шлепаю ее по ягодице, и она стонет. Поглаживая член, я провожу головкой по ее киске. К тому времени, когда я уже готов войти, я дрожу, как и она.