Я запомнила ощущения от соприкосновения дерева и железа с моей кожей. Он позволил мне, точнее, скорее приказал, залезть на его кровать и там продолжать мою демонстрацию. Конечно, прежде чем прикоснуться к его постели, я должна была встать на колени у левой стороны кровати и поцеловать покрывала. Натешившись зрелищем, он сдёрнул меня на пол прямо под рабское кольцо. Следом за мной на пол полетели покрывала сорванные его рукой с постели.
- Свободный человек наступал сюда, - сказал он, ткнув пальцем в место на полу прямо перед валявшимися кучкой покрывалами.
- Да, Господин, - сказала я, и стоя на коленях, склонила голову и трижды прожалась губами к указанному месту.
Я подняла голову и покорно посмотрела на него.
- Ползи сюда, - указал Майлс на место у его ног, и когда я оказалась вплотную к нему, приказал: - Теперь целуй мои ноги.
Я, не задумываясь, принялась покрывать его ноги поцелуями.
- Вот теперь Ты можешь умолять меня, чтобы я использовал Тебя, как рабыню, - милостиво разрешил он.
- Я умоляю использовать меня как рабыню, Господин.
- Ложись там, - приказал мужчина, указав на покрывала прямо под рабским кольцом, - на спину.
- Да, Господин.
Опустившись рядом со мной на колени, он привязал поводок к рабскому кольцу, оставив всего четыре - пять футов слабины между кольцами, ошейника и рабским. Это как раз хватило бы ему, чтобы поставить меня на колени, или перекатить меня, на бок или на живот.
Майлс переступил через моё тело одним коленом и крепко прижал мои руки, к полу за моей головой.
- Приветствую Тебя, Леди Шейла - Татрикс Корцируса, - усмехнулся он.
- Приветствую Вас, Господин, - ответила я.
- Сопротивляйся, извивайся, попытайся вырваться, - велел он.
Я отчаянно задёргалась, с очевидной бесполезностью этого, по моих сил хватило ненадолго.
- Я не смогу вырваться, - призналась я.
- Ты признаёшь, что находишься во власти мужчины? – спросил он.
- Да, Господин.
- Полностью?
- Да, Господин.
- В полной власти какого мужчина Ты находишься? – уточнил он.
- Я нахожусь в полной власти Майлса из Аргентума, - ответила я.
- Как же долго я мечтал об этом событии, - признался он.
- Да, Господин.
- Значит, Ты - женщина, которая просила показать себя мне, и затем столь превосходно исполнила это?
- Да, Господин.
- Поздравляю, Ты преуспела в этом, - усмехнулся он.
- Спасибо, Господин.
- Я даже припоминаю, что Ты стоя на коленях, и целуя мои ноги, умоляла меня использовать Тебя как рабыню.
- Да, Господин.
- Ну что ж, пожалуй, я сделаю с Тобой, то о чём Ты просила, -пообещал Майлс.
- Спасибо, Господин.
Наконец он выпустил мои руки и, переступив через моё распластанное тело, встал на колени справа от меня. Затем его руки, умело и искусно, заскользили по мне. Уже через пару инов мне стало ясно, что не в состоянии сопротивляться ему, даже если он вдруг дал бы мне разрешение попробовать. Руки мужчину были уверены и опытны. Он знал то, что он делал со мной. Я лежала рядом, и беспомощно чувствовала, что вспышка моих рабских рефлексов, это всего лишь вопрос времени. Я вцепилась зубами в покрывало, ибо они уже разгорались во мне. Для меня не было секретом его намерение вынудить меня отдаться ему, с рыданьем и мольбой, как покорную рабыню. И я прекрасно понимала, что выбора он мне не оставит.
- Ты необыкновенно привлекательна, Леди Шейла, - прошептал он.
- Спасибо, Господин, - простонала я.
- И у Тебя рефлексы рабыни, - добавил он.
- Да, Господин. Спасибо, Господин.
Я не думала, что теперь это займёт слишком много времени. Но неожиданно для самой себя я дёрнулась всем телом прочь от его рук. Он сделал меня столь чувствительной к своим прикосновениям! Но Майлс не ударил меня, ни даже не обругал меня, но, также, он не дал мне и пощады. Он, также неторопливо, терпеливо и неуклонно продолжал процесс превращения меня в покорную мужской власти и ласке, содрогающуюся от удовольствия порабощённую самку. Теперь, своей левой рукой, просунутой под моей спиной, он удерживал меня на месте за моё левое плечо.
Я стиснула зубы от внезапно накатившей на меня злости. Какую же власть над нами держат в своих руках мужчины. И тут же расслабилась, желая только одного - чувствовать, и умолять сжалиться надо мной. Потом снова накатило отчаянное стремление сопротивляться. Высокий, чёрный, кожаный ошейник врезался в основание моего подбородка. Своей спиной я чувствовала каменные плитки пола под покрывалом. Он даже не позволил мне лечь на его кровати, он будет брать меня в ногах, на полу, под рабским кольцом.