- Ваши свитки мы прочли, - заявил Лигуриус. - Я, Татрикс, и члены совета высших каст, тщательно исследовали их, с гораздо большим вниманием, чем они того заслуживали. Ваши доказательства сфабрикованы, Ваши аргументы не выдерживают критики, Ваши требования смешны.
- Именно такой реакции на их содержание, я и ожидал, - пожал плечами Майлс. - Сам я не стал бы передавать их. Я предпочёл бы послать Вам вызов Аргентума и копьё войны.
Сама я изучила свитки весьма поверхностно. Выдержки из них мне зачитал Лигуриус, причём со своими едкими комментариями. Я не сомневалась, что его анализ содержания тех свитков, был достаточно взвешенным. Всё же первый министр был очень умным мужчиной, к тому же знакомым не понаслышке, с географическими и политическими аспектами возникшего конфликта интересов. Проблема, прежде всего, состояла в том, что наши серебряные рудники, к величайшему нашему сожалению, находились слишком близко к шахтам Аргентума. Для защиты шахт требовались приличные силы, которых нам всегда не хватало. Говорят, эти рудники были почти столь же богаты как месторождения близ города Тарна, расположенной далеко на северо-востоке от Корцируса. Мы предлагали Аргентуму переуступить им эти рудники. К сожалению, моё образование, столь разностороннее во многих аспектах гореанской действительности, по крайней мере, в одном очевидно важном предмете было неполным. Меня не научили читать по-гореански. Я была просто неграмотной.
- Большая удача для Корцируса, и для мира, - заметил Лигуриус, - это, то, что мы в действительности имеем дело, не с Майлсом, генералом армии Аргентума, а с Клавдием, его Убаром. Я уверен, он гораздо менее импульсивен и более рационален. Полагаю, мы можем ожидать, что Ваш Убар взвесит все за и против и признает, хотя и неохотно, правоту нашей позиции.
- Я вижу, Корцирус не боится Аргентума, - покачал головой Майлс из Аргентума.
- Всё же, - улыбнулся Лигуриус, - кажется, что пришедшие с Вами мужчины, принесли к подножию нашего трона ящики, окованные железными полосами, и украшенные затейливой резьбой сундуки.
- Это верно, - кивнул Майлс, оглядываясь на ящики и сундуки, составленные на полу позади него.
- Ну что же, если подарки окажутся подходящими, - заметил Лигуриус, - то наша Татрикс, после переуступки шахт, вполне может сменить гнев на милость, и будет несколько менее резкой со злодеями Аргентума.
- Я уверен, что Клавдий, мой Убар, был бы рад доставить всё это сюда лично, - улыбнулся Майлс из Аргентума.
Лигуриус склонил голову, благосклонно принимая эти слова. Вокруг трона послышались довольные смешки. Послышался шелест возвращаемых в ножны мечей.
- Я смотрю, - пренебрежительно бросил Лигуриус, - что Вы не привели с собой, для личного подарка Татрикс, ни одного закованного в цепи шёлкового раба.
- Зачем? Всем хорошо известно, - усмехнулся Майлс, - что Татрикс Корцируса не интересуется мужчинами. Её занимают только золото и власть.
- Следи за своим языком, - возмутился Лигуриус.
Честно говоря, я не поняла, замечания Майлса из Аргентума. Конечно, я не интересовалась мужчинами, по крайней мере, будучи землянкой, я уверила себя в этом, но, с другой стороны, я не считала себя, такой уж непомерно жадной. Я не утверждаю, что не хотела бы разбогатеть, но это было для меня далеко не на первом месте. Возможно, дело было в том, что истинный и предполагаемый характер общественного деятеля, это далеко не одно и то же. Такое часто бывает, когда переплетаются известность и слухи. То, что мне, очевидно, предполагалось подарить шёлковых рабов, на мгновение меня просто ошеломило, но потом я поняла, что, как правительнице, мне было вполне прилично предоставить и такие подарки.
Думаю, ничего удивительного в этом не было, насколько мне известно, типичные подарки для правителя мужского пола, непременно включали бы красивых рабынь, дополнительное украшение для его садов удовольствий.
- В таком случае Вы можете открыть ящики и сундуки, - сказал Лигуриус, с интересом глядя на них.
- Как получилось, - вдруг спросил Майлс, - что Татрикс Корцируса ходит, не пряча лица под вуалями?
- Таков наш обычай, - отмахнулся Лигуриус.
- Со слов наших прежних курьеров и послов, - заметил Майлс, - можно сделать вывод, что этот обычай – совсем свежий.
- У каждого обычая есть своё начало, - ответил Лигуриус.
Мне было интересно услышать это. Я и не знала, что этот обычай появился совсем недавно. Конечно, для введения такого обычая было много причин. И первой среди них, несомненно, была та, что теперь её подданные могли смотреть на неё, когда с почтением, а когда и со страхом.