Мои рыцари, вполне ожидаемо, лишь полсекунды сомневались, не ринуться ли к реке: они пришли спасать Хлейлока, а не убивать сучек - жриц. Убийство сучек было моей задачей. Так что за эти полсекунды, пока они смотрели вниз, забыв про сучек, а те лезли вверх, я закричал: - Сработало! Вперед!
Полированные шлемы обернулись ко мне.
- Как думали, что сохранило ему жизнь? Чистота помыслов? - рычал я. - Если самки уйдут далеко и пробудят своего бога и его силы, Хлейлок мертв и мы тоже, так что шевелите бронезадницами! - Тут я отвернулся и побежал за жрицами. Пекло, я вполне мог говорить правду. Через пару секунд сзади послышались шаги, и я довольно усмехнулся заре.
Мы убили всех. Всех, кого нашли. Носопырку и Вжопековырку, Грязношлепку и Вислосиську, а когда я уже не помнил, оставались ли еще - мы просто шли и убивали каждую. Было весело заставлять их визжать, истекать кровью и молить о пощаде. Более чем весело. Сказавший "месть - блюдо, которое лучше подавать холодным", просто не отведал его горячим.
Было так весело, что я забыл о намерении тихо смыться под занавес, когда будет удобнее всего.
Довольно скоро - слишком быстро - всё кончилось. Выжившие самцы и подростки рассеялись по ветрам Пустошей, и хриллианцев было слишком мало, чтобы догнать всех; некоторых приняли в другие роды, но солидарность огриллонов почти не простиралась на Черных Ножей. Другие пересекли весь Бодекен ради человеческих городов, скрылись в гетто для нелюдей по всему Липке и в Анхане, стараясь дожить свои дни, делая вид, что никогда и не слышали о Черных Ножах.
Сломанные Ножи, зовут их теперь другие роды. Косые Хрены.
Но все это было позже; пока кавалерия весело истребляла бегущих самцов, я несся из лагеря хриллианцев, не чуя под собой ног.
И это было еще не худшей из возможностей. Когда пара рыцарей-искателей взяли меня под руки нежно, но решительно, типа "ну-готовь-мягкую-задницу-недоносок", сказали, что несут меня на границу лагеря, где ожидает Капитан Хлейлок, о святая срань, эйфория в груди быстренько сменилась парой ярдов ледяных глыб, знаете ли, ведь я так торжествовал, что забыл - Хлейлок еще жив и может оказаться со мной малость грубоватым.
В глазах так и стоял кровавый туман на месте головы одного из Черных Ножей, отведавшего моргенштерна Хлейлока. Воспоминания стали еще ярче, когда мы достигли места и я увидел месиво лица капитана. Любовь Хрила Исцелила его как смогла, сплавив кости и плоть в кратеры рубцов.
Так вообразите мое изумление, когда Хлейлок позвал искателей за собой и они отнесли меня к ближайшему сухому руслу, где обнаружился оседланный конь, мирно щипавший траву на утреннем солнышке.
- Берите и убирайтесь, - сказал Хлейлок. Голос звучал так, словно в горло ему засунули каменное огниво. - Уезжайте и никогда не возвращайтесь, Кейн Безземельный.
Я стоял, моргая на солнце. - Простите?
- Это хороший жеребец, - скрипел Хлейлок. - Он вынесет вас.
- Я, ах... не знаю что сказать...
- Вы уже слишком много сказали.
- Просто я... ну, не хочу казаться неблагодарным, но... то есть не такого я ждал от...
- Считайте это незаслуженной милостью.
- Признаюсь, верил, что вы не преминете повторить Вызов...
На что, кстати, я готовился ответить Сдачей пред всей толпой, признать, что вырубил его неожиданным ударом и теперь извиняюсь, уповая на неизреченную милость Хрила... однако он лишь ударил меня взором единственного глаза, словно хотел пришпилить к земле. - Идите. И пусть следующая заря не найдет вас рядом. Вовеки.
Я ушел.
Через час Студия вытащила меня. Еще через два дня - еще отлеживаясь в госпитале - я понял, почему Хлейлок не повторил Вызов. В первый раз он бросил вызов, когда я назвал его трусом. Поняли?
Он струсил, что проиграет еще раз.
Не удивляюсь, что он брызгал кипятком. Мы можем простить любое преступление, кроме убийства иллюзий.
Хлейлок поднял латную перчатку с плеча Маркхема и пренебрежительно махнул в моем направлении. - Отпустите его.
- Вы не понимаете, - сказал Социк-два, что был справа от меня. - Администратор Майклсон под нашей опекой...
- Это вы лишены понимания. - Один блистающий шаг, и Гора Хлейлок нависла над Социком-два, словно проснувшийся вулкан. - Я охраняю Закон Хрила на Его Бранном Поле. Отпустите этого человека.
Социки не славятся слабыми нервами. Зеркальная маска криво отразила лик Правоведа, пропустив спокойные слова: - А мы Социальная Полиция. По договору здесь территория Земли. Прошу отойти, сэр.