Это могло быть весьма интересным и занимательным, но была немалая возможность, что они найдут некое цивилизованное решение; а одна из проблем плохих парней в том, что цивилизованные решения для них почти всегда невыгодны.
К тому же было бы стыдно упускать такую оказию. Вряд ли я получил бы еще одну.
Я сощурил тот глаз, что работал лучше, ища глаз Хлейлока. - Погано всю жизнь провести в страхе, не так ли?
- Что? - Вроде бы он слишком хорошо знал меня, чтобы вступать в разговоры. Но не мог устоять. - Будь вы готовы к Сражению, я научил бы вас всем оттенкам страха.
Помните, у меня нюх на слабости?
Я ощерился в миловидную часть его лица. - Ага, научите меня. Хорошо учиться у знатока.
Молнии заблистали внутри широко открытого глаза. Да, я ухватил его за живое.
Он изобразил презрение. - Как негодяй столь мерзкий и подлый смеет сомневаться в силе моего сердца...
- Ради всего дрянного, Хлейлок. Нам что, повторить давний бой? Не нужна сила сердца, чтобы раскалывать бедным ублюдкам головы дубиной. Да будь в тебе хоть что-то каменно-твердое, уже убил бы меня. Ах ты мешок вонючего дерьма. Или нет, просто отдай меня социкам. Они утащат меня прямиком в Истинный Ад. Это правосудие получше, чем ты получишь от Хрила.
Он сделал еще два шага и теперь нависал скорее надо мной лично. - Вы бы предпочли это?
- Некоторые поистине тверды и чисты, совершенные рыцари и всякая срань. Такой была Марада. Она куда лучше тебя. Думаю, такова и Ангвасса. А ты? Ты играешь только по правилам, у тебя в трусах мокро, так боишься напортачить и лишиться Хриловой любви.
Он опомнился и вернул вид неколебимого величия: на такое он давно знал ответ. - Страх Божий есть начало мудрости.
У меня тоже был готов ответ: - Чья цитата? Еще одного чудика без орешков в голове и пониже?
Маркхем приосанился. - Смелость Правоведа вошла в легенды...
- Только если сравнивать с твоей, паучья жопа. - Я добавил в ухмылку жалости. - Одно дело быть хорошим парнем потому, что такова твоя суть. Совсем иное - потому, что ссышь нарушить правила.
Жилы шевелились под кожей здоровой половины лица Хлейлока. - Будь вы готовы к Сражению...
- Ага-ага. Мне надоело. Давай сразимся.
Хлейлок устремил взор здорового глаза на Социка-один, державшего меня под левую руку. - Отпустите его.
Похоже, Социк-один был вырублен из того же камня, что Гора Хлейлок. - Повторяю: отойдите, сэр. Больше просить не стану.
- Вы мне угрожаете? - От недоумения Хлейлок чуть пошевелил головой, сместившись на дюйм-два. Чего я и ожидал.
- Эй. Я решу проблемку. Х'сиавалланайг Хриллан-тай!
Наручники социков разработаны такими прочными на разрыв, что можно подвесить легковушку, они не поддаются не только ножам, но болторезам, зубилам, паяльным лампам, возможно, даже дуговой резке. Обычно всякие меры, кроме кодированного сигнала, который перестроит структуру молекул длинной полосы металлопластика - практически бесполезны. Однако они не были предназначены удерживаться на запястьях типа, чья правая рука вдруг стала горячей как поверхность солнца.
Согласен, это изрядное преувеличение - как уже догадались читатели, видя, что атмосфера не выгорела и жизнь не сметена с планеты - но, по сути, Святой Препуций оказался на пару порядков горячее, чем могли вынести наручники. Так что, едва расплавив кольцо на левой руке и освободившись, я выдавил из Социка-два добрую кварту жидкого дерьма, ведь чем помогут хорошие нервы, когда к вашей голове приближается пригоршня солнечного огня?
Рефлексы у него были вполне здоровые: выпустил руку и ловко развернулся ко мне, намереваясь отработанным приемом повалить на пол, и шлем ушел с пути кулака. Хорошо, ведь не он был целью.
Маркхем отскочил подальше от моего замаха, встал в нечто вроде обороны боксера и слова заклинания потекли в губ, окружая тело электрически-синим колдовским огнем - тоже рефлексы что надо - и тоже хорошо, ведь и не он был моей целью.
Пуртин лорд Хлейлок, Правовед и так далее, Сияющая Мантия Чего-то-там-до-хрени-Священного, едва успел моргнуть глазом и набрать воздуха для собственного заклинания на старолипканском, когда пригоршня Святого Препуция коснулась слепой стороны, прямо под левым ухом.
Есть эзотерический вариант тай-чи стиля Южной Кобры, который именуется школой Питона; он основан на ударах открытой ладонью, приводящих к блокам суставов, параличу и удушью. Вот в этом питоновом стиле я не распрямил руку полностью, но перевел ладонь к затылку, и он, рефлекторно отдернув голову, сам сунул основание черепа в Святой Препуций. А тот, хотя не был горячее солнца, успел вскипятить воду в мышцах и коже, создав перегретый пар. Думаю, такой же звук могла издать крупная дробь, выпаленная в горячую ванну с кровью.