"Зачем тебе говорить? Зачем мне слушать?"
- Потому что я хочу сойти с треклятого креста. - Несколько вздохов, и могу продолжать. - Потому что ты знаешь.
Еще шаг. Остальные сучки бездумно собираются за ее спиной. Желтые глаза никогда не моргают. - Паггалло неззиок. Буршраггик оюмиктрей, пагтаккунни. Юмик.
Короче, говори.
С запада доносится тихий скулеж нарастающей бури, готовой вымести гравий пустошей, но сквозь ее шум я еще слышу шипение и треск синего венца пламени и высокий, тонкий звук голоса Преторнио, еще поющей заклинания, еще взывающей к Богу, пока Его сила сжигает ее груди и пальцы, и щеки, и брови, и крик теряет слова и вонзается сам в себя, становясь обычным треском перегретых газов, и все завершается громом, словно наступил конец света.
Шоковый удар бича настигает нас, и стоянку, и вертикальный город, и пустоши. Костры, факелы и ураганные лампы, каждая чертова свечка вспыхивает огненным пожаром, царапая звездное небо...
И гаснет.
Тьма. Лишь ущербная монета луны, да искры летят ввысь.
И почти тишина, по ослепленные ночью Черные Ножи приходят в себя и проверяют, насколько всё худо.
Фигуры шевелятся в чернильной темноте у кресса: Драная Корона и ее сучки. Одна что-то мурлычет, и парапет отбрасывает мутно-зеленый свет, достаточный, чтобы они не путались в собственных ногах.
Там, на стоянке, от Преторнио остался курящийся уголек на конце факельного кола. Трехфутовая сигара.
Корону малость подпалило, но вскоре она опомнилась и уже раздает приказы, крича вниз, веля зажигать факелы, костры, лечить ожоги.
На западе буря переходит с шепота на стон.
А я так и вишу. И слежу.
Слежу за Драной Короной и Вислосиськой, и Носопыркой, и Вжопековыркой, и Грязношлепкой и прочими, как они озираются и ощупывают себя и хихикают и убеждают себя, что ничуть не испугались. Что глупой липканской сучке-на-палочке не хватило духа умереть как мужчина. Вижу, что они становятся еще наглее, ведь страх пришел, да прошел.
Драная Корона отдает команды, поводя рукой реальности, расхаживая по парапету, строя из себя киношного Наполеона-под-победным-стягом, и даже не глядит на меня.
Я лишь слежу. Не произнося ни слова.
Потому что, знаете, всё придумал наспех. Насчет Преторнио. Сказал, чтобы сойти с креста и впиться зубами в горло Короне. Вот так. Но не так просто.
Вот кое-что интересное насчет монастырского образования...
Оно говорит, что есть время для урока истории. Короткого.
Монастыри были основаны Джанто из Тирнелла в конце так называемой Деомахии - войны Богов. Когда боги собираются воевать, дело дрянь - Армагеддон-буги-вуги и Рагнарок-н-ролл. Дерьмо. Война не кончается, пока не умерли все. Вот что придумал брат Джанто Железной Руки, Джерет: он решил сделать войну столь же уродливой для богов, сколь для их несчастных поклонников. Что сделало Деомахию относительно короткой и кровавой. Кровавой для всех. Хотя Джерет не пережил войну, перед смертью он заслужил репутацию надирателя божественных задниц.
Его величают Богоубийцей.
Деомахия стала причиной, по коей наш Основатель Джанто Железная Рука провозгласил, что величайшей угрозой выживанию человечества в Доме станет наша несчастная тенденция умерщвлять людей за поклонение ложным богам, за территории и ради денег, да просто потому, что развлечения острее не найти. В-общем, "знай меру? Да какого хера!"
А также несчастная тенденция богов пользоваться нашей несчастной тенденцией, играясь силами просто потому, что они это могут.
Итак, Монастырям выпало следить за богами и богопоклонниками; служение Эзотерии предполагает, что нам нужно омыть руки кровью, когда некоторые религии начинают дичать.
Нам приходится знать богов. Всех. Их религии также - хотя они не всегда имеют с заветами богов сколь-нибудь тесную связь. Да ладно. Нам разрешено вступать в культы разных божеств и даже подниматься до священнических степеней. Так что Монастыри знают много эзотерического говна, простите за выражение, обо всех важных религиях. В том числе сектах и толках Дал'каннита, бога Войн.
Вот почему я даже сейчас смеюсь.
Говоря, что знаю замысел Преторнио, я соврал, но... знаете, это зверски смешная штука. Я также говорил правду. Дайте лишь вспомнить получше.
Похоже, умирание на кресте чуть повредило способность к концентрации.
А может, потому что я напрасно решил, что она молится Дал'канниту.
Они должны были умереть или быть уничтожены примерно двести лет назад. Вот причина. Трехв'Дхаллейг Зранапал, если могу верить памяти, вроде так это звучит. Безмолвная чистота. Вынужденные заложницы-жертвы Чи'ианнон ее сыну/мужу/господину Дал'канниту, так говорит сказание. В реальности они были Доморожденными Жаннами д'Арк, они стягивали титьки и привязывали фальшивые гульфики и становились пред миром как полноценные жрецы битв. Зачастую они были наиболее могущественными священниками-каннитами, пока их природа не бывала раскрыта. И пока хранили девственность.