- Так это ж пойло гриллов, - буркнул Кравмик. - Чего вы ждали?
- Это потому, что ты держишь его в бочках из-под пива. Сколько - дни, недели? Слушай, я могу доставить бочки из тиннаранского дуба - и новые, и уже использованные под бренди - и если ты выдержишь его несколько лет, не дней, три года в новом дубе, чтобы внести танинов, и финиш в...
- Он совсем свихнулся, - прошептал Тиркилд. - Кравмик, забери кубок. Два глотка, и бедняга лишился мозгов.
- Тронешь кубок, и сломаю гребаную руку.
Я глотнул еще, много, подержал на языке, пока он не загорелся. Не меньше сорока градусов. Удивительно, как он варит его, не взрывая дом до крыши.
И тут я вспомнил, где я. И зачем.
Сглотнул пойло и поставил кубок.
- Сукин сын. - Пот лился по лбу. Я утер лицо рукавом. - Только брякни, что говно растекается не вовремя...
Тиркилд и Кравмик пялились на меня. Я пожал плечами, сказав громадному огриллону: - Спасибо, Кравмик. От души. Благодарю за бочку, Тиркилд. Вам не понять, что это для меня значило. Но теперь пора спать. Завтра будет хлопотливый день.
Кравмик покачал головой и отвернулся. - Анханцы, - бормотал он, тяжело шагая на кухню. -С ними никогда вперед не скажешь...
Лишившись стола, Тиркилд с трудом удерживался на ногах. Хмуро смотря в флягу. - И среди вещей, доселе сокрытых, господин Монастырный, - пробормотал он, - остается правда о том, почему вы принесли свой рассказ мне.
Я перебрал пару дюжин сказочек; некоторые так и просились на язык.
Но...
- Я мог принести это лишь вам, Тиркилд. По той же причине, по которой Кайрендал хочет вашей смерти: вы из тех, кто повидал говна, кто был во всяких передрягах. Вы тот, кто может навредить ей, едва она перейдет к делу... и... ах, чтоб меня. - Я схватился за кубок. - Потому что не люблю вас, Тиркилд.
- Вас столь привлекает невежество бедного приходского рыцаря. Я уже заверял, что не наделен обширным умом даже трезвый. Буду рад напомнить, что сейчас я не вполне трезв.
Я дернул плечом, поднося кубок к губам. Пламя торфа озарило череп изнутри. - Понимаю, вы лишь наполовину поверили мне. И не пойдете, скажем, к Ангвассе, поднимать полноценную тревогу - к этому вы не готовы, придется рассказать больше, чем вам выгодно. Нет, вы пошарите вокруг, выудите парочку ликов и поколотите их, проверяя мой рассказ.
Тиркилд кивал интенсивнее, чем было необходимо. - Так сделал бы любой честный Рыцарь, уже знакомый с вашей подлой натурой.
- Точно. Но суть в том, что я рассказал правду. - Новый глоток. - А Кайрендал так просто на открячишь. Тоже правда. Пока вы поймете, что правда есть правда, обнаружите себя жестоко убитым.
- Ах.
- Что породит масштабную облаву на Лик Свободы - чего хочу я - а вас превратит в кучку обрезков, которых не сшить вместе даже Хрилу. Чего я тоже хочу.
Тиркилд качался на пятках, держась за подбородок, будто это могло восстановить равновесие. - Ага, теперь вы раскрыли весь свой непотребный план.
Я качнул кубок, приведя пойло в движение, насыщая воздух запахом молодого алкоголя.
- Возможно, я не такой уж твердожопый ублюдок. Одно дело придумать, как убить человека. Иное - быть хладнокровным, смотря ему в лицо.
Я поднял кубок.
- И совсем третье - сделать такое с человеком, только что принесшим вам - поймите, другого случая не выпадет за весь остаток моей жалкой жизни- чертовски большую порцию скотча.
Уже на краю постели, когда, сняв куртку, отстегнув дубинку и кобуру, я стаскивал сапог - я сгорбился и позволил ноге упасть на пол. - Черт побери!
Плюхнулся на кровать и закрыл глаза рукой. Не помогло.
Довольно скоро я пошевелил рукой. Звезды смотрели на меня через окно. Извилистая трещина на покрытой пятнами сырости штукатурке тянулась к двери.
И казалась картой Пути Кейна.
- Сукин сын. - Я тяжело встал и начал натягивать куртку.
Внизу столовый зал выглядел словно после кораблекрушения. Пара усердных гриллов сновала среди остатков вечеринки, поправляя столы, расставляя стулья и скамьи. Юная мисси Пратт уложила волосы, на лице румянец и блестящий пот - она несла огромный поднос с кружками и тарелками; мрачный подросток-человек выметал мусор в заднюю дверь.
Пратт ставил на подносы новые кружки и тарелки; впрочем, он охотно прервался, завидев, как я машу ему от двери.
- Фримен Шейд? - Он вытер руки о фартук и подошел. - Проблема? Что скажете о Рыцаре Аэдхарре? Он вышел от вас и прошел сквозь толпу, и вечеринка рассеялась... не то, чтобы я жаловался - заплачено вперед, знаете, чем меньше выпили, тем нам... Но на его лице было такое...
- С глаз долой, Пратт? Ха?
- О да, фримен. - Он устало хихикнул, выйдя из дверей. - Нет вреда в том, что Итралл сама работает - ей тоже приходится нести тяготы профессии. Знаете, как помогает заведению, если она хотя бы садится Рыцарю на колени и смеется над его шуточками? Работа не лучше, чем...