— Ровно девять, сэр.
— Спасибо, — подмигнул он.
Я улыбнулась.
— Не за что.
Он взглянул на мой живот.
— Удачи.
Хм?
Посмотрев на свой живот, я рассмеялась.
Он имел в виду удачи с моей беременностью.
Наверное.
— О, спасибо. Прошло двадцать недель. Недолго осталось.
Мужчина на мгновение уставился на меня.
— Да, совсем недолго.
Что?
Я собиралась сказать ему то, о чем подумала, но он отвернулся и ушел, не дожидаясь моего ответа или прощания. Он не оглянулся, просто вышел из кафе и направился к выходу из больницы.
Это было странно.
Я задумалась об этом на минуту, но потом мой желудок заурчал, и я забыла обо всем, кроме того, насколько голодна.
Когда Кейн вернулся, мне захотелось петь. Он положил еду на стол и подтолкнул все ко мне. Я моргнула, глядя на все это, и взглянула на Кейна, который смотрел на меня так, словно хотел, чтобы я открыла сэндвич и съела его.
Я усмехнулась:
— Это все не может быть только для меня?
Кейн пожал плечами.
— Не хочу, чтобы ты была голодна, мы можем пробыть здесь какое-то время.
— Кейн, — засмеялась я и подтолкнула к нему сэндвич, — съешь это. Я не смогу спокойно поесть, если ты будешь просто сидеть и пялиться на меня, как на куклу, выставленную в музее.
Кейн ухмыльнулся.
— Ты и есть кукла. Ты моя Куколка.
Я прищурилась, глядя на него.
— Прекрати свои шуточки и съешь этот чертов сэндвич.
Он сделал, как я просила, с тенью улыбки на лице. Я съела двойной сэндвич с курицей и начинкой за пять минут. К тому времени, как я закончила, Кейн съел только половину своего сэндвича с беконом.
Я простонала:
— Теперь я чувствую себя намного лучше.
— Девочки были правы, ты действительно ешь, как Биар Гриллс.
О, ради всего Святого.
— Смирись с этим. Это все из-за твоего ребенка.
Кейн фыркнул.
— Знаю, он будет потрясающим.
Я зарычала.
— Ты хочешь посидеть здесь еще немного или вернуться в зону ожидания? — спросил Кейн, ухмыляясь мне.
— Зона ожидания, — ответила я. — Не хочу пропустить, когда меня вызовут.
Мы встали, вернулись в зал ожидания и обнаружили, что все места заняты. Это вывело Кейна из себя.
— Я скажу одному из мужей тех женщин, чтобы он встал.
Я схватила его за руку.
— Ты не сделаешь ничего подобного.
— Ты не будешь стоять здесь Бог знает сколько времени…
— Эйдин Коллинз?
Я перевела взгляд с Кейна на медсестру, которую узнала. Это была медсестра, которую я встретила в отделении неотложной помощи восемь недель назад. В руке у нее была розовая папка, которая, как я решила, была моей.
— Я здесь. — Улыбнувшись, я подошла к ней с Кейном на буксире.
— Это просто удача, — пробормотал он.
Я проигнорировала его и улыбнулась медсестре.
— Еще раз здравствуйте.
Медсестра улыбнулась, затем скользнула взглядом мимо меня и немного напряглась. Это заставило меня нахмуриться, поэтому я снова посмотрела на Кейна, а затем на медсестру.
В чем ее проблема?
— Все в порядке? — спросила я.
Она кивнула, не сводя с меня глаз.
— Все хорошо. Следуйте за мной на второй этаж, чтобы я могла провести осмотр.
— Показывайте дорогу.
Медсестра улыбнулась, повернулась и пошла. Мы с Кейном последовали за ней, но я больше не улыбалась, а хмурилась.
— Эй, — пробормотал Кейн, — почему такое лицо?
— Мне не нравится, как она на тебя посмотрела, — тихо ответила я ему.
— Как она на меня посмотрела? — спросил он.
Я стиснула зубы.
— Как будто она испугалась.
Кейн вздохнул:
— Такое часто происходит, дорогая. Но я не виню ее, я действительно выгляжу пугающе.
Услышав его слова, я разозлилась.
— Нет. Ничего. Такого, — прошипела я. — Ты выглядишь чертовски хорошо, и забей на любого, кто думает иначе.
Кейн схватил меня за руку и остановился. Он повернулся ко мне, и посмотрел мне в лицо.
— Куколка.
Я покачала головой.
— Я в порядке. Мне... мне просто не нравится, когда люди думают, что ты выглядишь пугающе. Это не так. Они не знают тебя так, как я.
Кейн улыбнулся мне.
— Я когда-нибудь говорил тебе, какая ты удивительная?
Я покраснела.
— Нет, но было бы приятно слышать это почаще.
Кейн рассмеялся и обнял меня.
— Мне нравится, что ты хочешь защитить меня, но тебе действительно не нужно это делать. Я большой мальчик и могу за себя постоять.
— Тебе не обязательно это делать, — пробормотала я.