— Кто же тогда их послал?
— Понятия не имею, но это был не я.
Хм.
Это было странно.
Я встала, покончив с хлопьями, и Кейн последовал моему примеру. Он подошел к кухонной двери и подождал, пока я поставлю миску в раковину. Я прошла вперед него и вздохнула, когда добралась до лестницы.
— Жаль, что в этом доме нет лифта.
Кейн фыркнул у меня за спиной и положил руки мне на бедра.
— Пойдем, Куколка.
Я пыхтела, поднимаясь вверх по лестнице, и вздохнула с облегчением, когда поднялась на второй этаж и направилась в гостиную. Кейн все еще находился позади меня, но его руки больше не лежали на моих бедрах. Я вроде бы скучала по его прикосновениям, но заставила себя поверить, что это потому, что он придавал мне сил и облегчал передвижение.
Это была моя история, и я придерживалась ее.
— Наконец-то! — заявила Брона, когда мы с Кейном вошли в комнату.
Я подняла руки вверх.
— Извини, я была голодна.
Брона отмахнулась от меня.
— Включи DVD. Я хочу увидеть свою племянницу.
— Племянника, — пробормотал Нико.
Я закатила глаза и взяла пульт от телевизора.
— Диск загружен?
— Да, — в унисон ответили Брона и Аланна, прежде чем дать пять друг другу.
Я фыркнула и нажала кнопку воспроизведения. Подошла к самому большому дивану в комнате и села рядом с Кейном, который, очевидно, приберег это место для меня.
— Это мальчик! — с гордостью заявил Нико через шесть или семь минут просмотра DVD.
Я снова закатила глаза.
— Мы не знаем пол, так что успокойся.
— Я вижу, что это мальчик Слэйтер, — обрадовался Нико, игнорируя меня.
Я скорчила гримасу, посмотрела на телевизор и мгновенно рассмеялась, когда увидела то, что увидел он.
— Это нога, а не пенис, идиот.
— Неважно. Это мальчик. Я уверен.
Все посмеялись над Нико.
Брона посмотрела на сестру.
— Ты знаешь, какой там пол?
Бранна склонила голову набок, глядя на экран.
— Не из этого видео. Ноги скрещены, так что мне сложно сказать. С другой стороны, я акушерка, а не специалист по ультразвуковому исследованию.
Я была рада, что она не могла сказать, потому что я действительно хотела, чтобы пол был сюрпризом при рождении. Это сделало все более захватывающим для меня и, надеюсь, для Кейна.
— Как было бы здорово, если бы ты была на смене, когда у меня начнутся роды. — Я улыбнулась Бранне.
Бранна взвизгнула:
— Поменяюсь пациентами, чтобы убедиться, что ты под моим присмотром.
Я наклонилась и дала ей пять.
— Ловлю тебя на слове.
Затем мы сели и досмотрели оставшуюся часть DVD, что было просто самой удивительной вещью на свете. Девочки пришли в восторг, когда на экране появилось четырехмерное лицо ребенка, а ребята улыбнулись, когда послышалось сердцебиение.
— Этот ребенок будет так избалован, — прокомментировала Аланна, уставившись на экран.
Я фыркнула:
— Ты мне говоришь. Мои братья уже спорят о том, за какую футбольную команду она будет болеть.
— Он, — пробормотал Кейн.
Я посмотрела на него и сверкнула взглядом.
— Прекрати это, — улыбнулся он. — Ничего не могу с собой поделать, чувствую, что «он» — это правильное слово.
— Бро. Да. Мы на одной волне, — просиял Нико.
Я чувствовала себя счастливой и довольной тем, как все складывалось для меня. И больше не боялась родить этого ребенка. Конечно, я была напугана, но теперь также была и взволнована, как и все остальные.
Я подпрыгнула, когда зазвонил телефон Доминика. Взглянула на него, когда он вытащил свой телефон из кармана и посмотрел на экран. Нико широко улыбнулся.
— Дэмиен звонит по фэйстайм.
Я взвизгнула:
— Ответь, чтобы он тоже мог посмотреть видео.
Доминик коснулся экрана своего телефона.
— Доминик. Как дела, чувак?
Мне нравилось, что Дэмиен говорил так, словно давно не разговаривал с Домиником, хотя они разговаривали каждый день. Он всегда был очень взволнован, как и Нико — на это было приятно смотреть.
— Смотрю DVD с ребенком Кейна. Сейчас покажу, — сказал Доминик и встал со своего места. Он коснулся экрана своего телефона и направил его на шестидесятидюймовый плазменный экран перед нами.
— Видишь? — спросил Доминик.
Как он мог этого не видеть?
Экран был шириной в шестьдесят чертовых дюймов.
Не прошло и секунды, как Дэмиен воскликнул:
— Это мальчик!
Мы, все девчонки, застонали, в то время как парни зааплодировали.
— Он прав, — ухмыльнулся Кейн. — Мы, парни, знаем, о чем говорим.
Я закатила глаза.
— Знаете, ей не нравится, когда ее называют парнем.