Кирик поспешно вышел из коттеджа. Он не знал, что задумала его дорогая «половина», но ему это заранее не нравилось.
4.
Энергичное шлёпанье по щекам и запах резкого «тропического» одеколона Кирика вместо нашатырного спирта, к счастью, возымели нужный эффект. Мужчина открыл глаза, и взгляд был осмысленным.
- Кто ты? Как тебя зовут? Откуда ты? – незаметно для себя Мия требовательно повысила голос, напряжённо ожидая ответа, хотя старалась говорить мягко.
Красивые, чётко очерченные губы шевельнулись, с трудом разлепились.
- Кейр, - прошептал он. – Меня зовут Кейр.
Он говорил по-таджиански чисто, без акцента, но имя было экзотическим. Впрочем, инопланетные имена давно уже не выходили из моды.
- А дальше? Фамилия? Имя рода? Имена родителей?
- Не помню.
- Как ты сюда попал? Что с тобой произошло? Откуда ты приехал?
- Не помню… Ничего не помню.
- Совсем ничего не помнишь?
- Совсем.
Он поморщился и прикрыл глаза.
- Болит что-нибудь? – сейчас же спросила Мия.
- Голова.
Она немедленно приподняла ему голову и осторожно ощупала, но ни раны, ни шишки не обнаружила.
Закончив осмотр, она напоила его чаем, а когда он заснул, уселась рядом и смотрела на него, легонько поглаживая по волосам. Волосы были тёмные, очень густые и длинные, ниже плеч, прекрасные. Он слабо улыбался, не просыпаясь, должно быть, этот лёгкий массаж облегчал головную боль.
Услышал Бог мои молитвы, внезапно подумала Мия. Если этот парень ничего не вспомнит, она оставит его себе, как сына. И пусть его будут искать хоть все мафии и разведки Таджи и Вселенной, вместе взятые, она его не отдаст.
Вернулся Кирик и поманил её в прихожую. Они заговорили шёпотом.
- Что в округе?
- Следы шин. Обычные, не от форсированной езды. Людей нет, машин нет, небо пусто, вертолётов и самолётов тоже нет, нигде никого и ничего. А что с этим? Он пришёл в себя?
- Да. И вроде совершенно цел, но ничего не помнит.
- Что ты собираешься делать?
- Оставлю его себе, как сына.
- А если это опасно? Откуда он взялся и что с ним, по-твоему, произошло? Кто будет его искать?
- Видимо, никто, иначе уже искали бы. Возможно, его ограбили, привезли на машине и бросили, или он спасся после крушения на море, выплыл.
Она высказала мужу далеко не все свои версии, только самые безобидные.
- Тебе не кажется, что он не выплыл, а выпал? Он слишком красив для таджианина! А «тарелки» - это уже опасно!
- Меня тоже периодически сравнивают с инопланетянкой. Тем не менее, я таджианка! – огрызнулась Мия.
Кирик понял, что она не отступится, и спорить перестал. А она и без его слов знала, что происходящее очень опасно, но все-таки шанс сделать по-своему у неё есть, и она его не упустит.
Она вернулась в комнату и присела возле Кейра, у которого их поведение вызвало подозрения. Его глаза впились в её лицо, широко раскрытые, тёмные, тревожные. И проницательные.
Мия вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Если он проницателен, то должен почувствовать, что она не желает ему зла.
И он действительно это почувствовал, тревога ушла из его глаз…
5.
Кое-как приодев, они отвезли его в поликлинику на своей машине, записав на приём, как Кейра Култаджа. Рентген не выявил никаких внутренних повреждений, и все трое через час вернулись в коттедж, а затем в ту же ночь уехали обратно в столицу. Мия объяснила это тем, что надо обустроить внезапно обретённого сына, но Кирик понял, что они убегают от возможных преследователей, которые могут искать Кейра с неизвестными целями.
Однако никто его не искал, по крайней мере, об этом ничего не было известно.