Кейт стояла рядом.
- Видишь плющ? – Ренард кивнул в сторону ближайшего блока. – Ма посадила. Увидела в каком-то журнале фотографию – ей безумно понравилось. Па долго ворчал, но больше для вида: если ма что-то такое взбредёт в голову, бесполезно пытаться это оттуда выбить. А как он возмущался, когда плющ обвил весь дом…
Ренард на секунду выпустил улыбку.
- Ещё у них была клонированная собака… у неё была дурацкая кличка… Дуст, кажется… да, Дуст. Терпеть меня не могла. Я её тоже. Постоянно скалили друг другу зубы, а ма ругалась: «Не дразни собаку, она тебя укусит!». Однажды так и произошло. Лучше бы рыбок завели…
- Ренард, почему ты это рассказываешь? – Кейт посмотрела на него.
Он набрал побольше воздуха и продолжительно выдохнул.
- Учебный лагерь был вон там, километр по прямой через эти кусты. Я мог их постоянно навещать. Перед отправкой на фронт, я, конечно же, зашёл попрощаться. Через пару-тройку недель на этом участке началось наступление вогов. Город оказался в прифронтовой полосе. Убежищ здесь не было, поэтому срочно начали эвакуацию, но из-за общей неразберихи не успели завершить её полностью…
Ренард втянул губы, вытер глаза рукавом и продолжил.
- Прямое попадание. Даже обручальных колец не нашли. В уведомлении так и написали: «Захоронение, в том числе, фрагментов, не представляется возможным». Вот… зато плющ остался.
Ренард сел и потеребил лист.
- Это были… твоя семья? – голос Кейт чуть дрогнул.
Ренард кивнул.
- Бен он… ругался из-за того, что произошло здесь?
- Да. И, полагаю, не только здесь…
- Но ты же ничего не мог сделать…
- Я знаю, Кейт, знаю, - Ренард протёр глаза кулаком, шмыгнул носом и встал. – И Бен это знал… Идём.
- Ренард?
- Да? – он обернулся.
- Люди ведь… что-то делают в таких случаях, да?
Он пожал плечами:
- По-разному… Ты хочешь что-то сделать?
Кейт кивнула.
- И не знаешь что?
- Не знаю.
Ренард некоторое время думал, после чего улыбнулся:
- Подойди сюда. Ближе. Руки чуть в стороны. Так… запомнила мои движения? Теперь повторяй… Не так сильно! Рёбра сломаешь!.. Уже лучше, да. Держим друг друга… ага, теперь отпускаем. Вот. Проще простого... Идём! Покажу то, что осталось от моего дома!..
К величайшему удивлению Ренарда, от дома не просто много чего осталось – он был почти цел. В паре мест сорвало покрытие с крыши, было разбито несколько стёкол, но в остальном дом выглядел даже презентабельно. Ренард тряхнул головой, чтобы прогнать наваждение, но дом никуда не пропал, как и несколько других, расположенных на той же улице.
- Ничего не понимаю, - он похлопал глазами и перебрался через остатки изгороди. – Я думал, город разнесли в ноль. Камня на камне не оставили… судя по сводкам, здесь было довольно жарко, а тут… Я не верю.
Подойдя к двери, он осторожно провёл рукавом по её поверхности: на ткани осталась только самая обычная пыль.
- На другой улице тоже есть неразрушенные дома! – крикнула Кейт откуда-то из соседних дворов.
- Отлично! Иди сюда!
Встав на колено, он запустил руку в щель между крыльцом и стеной дома. Нащупав круглую крышку, он вытащил на свет окислившуюся кофейную банку, а из неё – ключи.
- Да, Ренард? – махнув через изгородь, Кейт подбежала к нему.
- Готова? – он вставил ключ в скважину.
- Да, - с нетерпением в голосе ответила она.
Замок поддался далеко не с первого раза. Когда внутри двери раздался долгожданный щелчок, Ренард вдохнул поглубже, переборол внезапно возникшую дрожь в руках и надавил на ручку.
Дом почти не изменился и внутри, если не считать солидного количества пыли и лёгкого запаха тухлятины в паре комнат. Источник последнего удалось локализовать: трупики грызунов далеко не первой свежести. В остальном же Ренард приходил к выводу, что всё осталось на тех же местах, что и в день, когда он отбыл на фронт. Информационный терминал, музыкальная система, дырявая соломенная шляпа, тапочки, пара курток, гантели, кофейник – судя по пыли, всё это не сдвинулось ни на сантиметр. Исключения составляли уже упомянутые разбитые стёкла, а также несколько расколовшихся тарелок и опрокинутое, видимо, близким взрывом, содержимое полок в ванной комнате.
Ренард подёргал выключатели и краны – естественно, свет не загорелся и вода не потекла. Покачав головой, он прошёл в гостиную, тяжело вздохнул и рухнул в кресло, подняв пыльное облако. Он добрался до дома, но совершенно не знал, что делать дальше. Вокруг набирало обороты новое военное безумие, он бы не сильно удивился, если бы завтра на его лужайке остановилась танковая колонна вогов.