- Кажется, теперь уже точно всё…
- М, - Кейт кивнула и прижалась к плечу Ренарда.
***
Город готовился к празднованию. Снова собрали общий стол, из консервов и плодов с ферм пытались изобразить что-то оригинальное. Помимо флага колонии, на улицах появились полотна ткани, всё ещё яркой, несмотря на то, что местами она основательно выцвела. Жители пребывали в радостном возбуждении, и смотреть на них было настоящим удовольствием.
Однако настроение Ренарда было не таким праздничным, как у остальных. Кейт, улыбаясь и о чём-то переговариваясь с остальными, выглядела настолько задумчивой, что даже казалась грустной. Решив, что с этим надо что-то делать, но что – пока неясно, Ренард предложил ей немного прогуляться.
Шли они в полном молчании. Ренард помахивал тростью – дополнительная опора при ходьбе ему уже не требовалась, но к упомянутому предмету он успел привыкнуть. Точно также больше по привычке Кейт придерживала Ренарда под руку. Выйдя с улиц и миновав старое поле воронок, они поднялись на ближайшую возвышенность и уселись на траву лицом к Бедфорду-5.
- Знаешь… а мы молодцы, - Ренард постучал тростью по земле.
Кейт коротко улыбнулась:
- Да.
- Может, памятник поставят…
- Хорошо, что ты вёл записи обо всём этом.
- Пожалуй, - он кивнул. – Правда, от автографа той сволочи Хеклера не получится избавиться – он оставил свою закорючку на уже исписанной странице.
- М.
Они замолчали. Ренард думал, как бы аккуратнее вырулить на вопрос грустной задумчивости Кейт, она же просто смотрела на город, обхватив руками свои колени. Кто-то из жителей начал играть на скрипке весёлую мелодию. Неожиданно со стороны Кейт послышался глухой звук, похожий на глоток, после чего она шмыгнула носом. Догадываясь, чем это может быть, Ренард удивлённо посмотрел на неё:
- Кейт?
Его предположение оказалось верным: по её щекам текли редкие слёзы.
- Ты… ты плачешь?
- Да.
- Но… что… что случилось?
Кейт повернулась к нему:
- Ренард… ты… ты умрёшь.
- Ну… да… то есть… Кейт! Погоди! Я в норме! Я же не!..
- Твои биологические ритмы начнут замедляться и будут давать постоянные сбои. В один из дней ты просто отключишься, орган за органом, последним прекратит функционировать твоё сознание. И ты умрёшь. Возможно, на моих руках. И я продолжу жить, держа это в памяти. Как верно заметил капитан Хеклер, я сделана из синтетической органики. Срок её службы с учётом деградации составляет приблизительно сто стандартных лет вогов. Их стандартный год в четыре раза дольше человеческого. Всё это время я буду функционировать, если ничего не произойдёт.
Ренард некоторое время пребывал в ступоре. Он ожидал чего угодно, но только не обсуждения его ещё не планирующего наступать старения, тем более, в таком ключе и, тем более, от Кейт.
- Кейт, Кейт, Кейт, - он сел перед ней и взял ей за плечи. – Но… ты торопишь события! Я же здесь. Смотри. Ренард Рэддиш, жив, здоров, весел, бодр. Почему ты?..
- Ренард, – она тоже взяла его за плечи. – Я думаю, в дальнейшем твоё сознание можно перенести на носитель. Время ещё есть. Я найду подходящее тело… либо один из инкубаторов, если повезёт, я перенесу сознание и…
- Кейт, – Ренард почувствовал, что и его глаза наполнились влагой. – Зачем ты СЕЙЧАС забиваешь себе голову ЭТИМ? Кейт, я здесь. Рядом. Не надо ничего… искать, записывать и…
- Но, Ренард… я боюсь.
- Ты? Боишься?..
- Боюсь, что останусь без тебя. Я только сейчас смогла сформулировать это в своей голове, оценив то, что успело произойти с нами. И мне это не нравится, я этого не хочу. Я хочу, чтобы ты был рядом.
- Но… вот он я. И ты со мной. И я с тобой. И буду с тобой. Я буду рядом, что бы ни случилось. Буду здесь. Всегда. Ну… перестань. Всё же хорошо. Никто не собирается умирать.
Кейт крепко обняла его. Не почувствовав неприятной ломоты в рёбрах, Ренард обнял её в ответ и, наклонившись, поцеловал в губы.
- Люди… делают и так? – она похлопала глазами.
Ренард кивнул.
- М… мне приятно.
- Кейт… всё это, что ты сказала… не бери в голову. Я, правда, буду рядом.
- Всегда?
- Всегда, Кейт. Обещаю.
***
«(на полях: забавная рожица с подписью «Чё, последняя?»)
Последняя свободная страница. На другой стороне – та дурацкая схема, которую я рисовал Кейт в полевом лазарете. Здесь, видимо, стоит подвести какой-то итог и, написав избитое «жили долго и, возможно, счастливо», поставить жирную точку.
Что ж, мы победили, ура! До конца сомневался, что это вообще возможно, но я рад, что мои худшие опасения не оправдались. Теперь мы дружно закатаем рукава, возьмём молотки с лопатами и примемся восстанавливать то, что осталось от колонии. Предстоит много работы, и это здорово – я даже не иронизирую!