С удовольствием выбрала себе фильм о жизни животных в локалке и с головой погрузилась в странные взаимоотношения богомолов.
Грин явился сразу после ужина, на который я не пошла. Было откровенно лень, да и наелась в обед так, как давно уже не получалось. У меня еще оставались пирожки, принесенные из столовой. Кофе, правда, я выпила, но рассчитывала отправить за ним Грина и, когда он появился в дверях с двумя дымящимися чашками с кофе, усмехнулась:
— У дураков мысли сходятся. Проходи, у меня еще есть пирожки.
Он дурашливо улыбнулся, тряхнул головой:
— Ты не пришла на ужин, как мне доложили, вот…принес хотя бы кофе. А тебя там ждали, — он уже не улыбался.
— Наплевать. Давай, пристраивай чашки и начнем мы, пожалуй, с твоих проблем. С чем у тебя трудности? Конкретно.
Он ссутулился, спрятал глаза и невыразительным голосом отчитался:
— Я…я ходил в школу только до шестого класса, потом…не получилось. — Он помялся и продолжил, — химия, совсем не понимаю, физика, математика, и алгебра, и геометрия — ноль, история эта дурацкая, столько всякий королей, столько каких‑то дат, я в них путаюсь.
— Ясно. С химией нет проблем, с математикой помогу, насколько я сама знаю, я пока толком не уверена, что вашу программу сама сразу же потяну. С историей расскажу один секрет, там все просто, только сначала придется повозиться. Да и с остальным, думаю, справимся. Мне нужны большие листы ватмана, карандаши, маркеры цветные, что там еще у нас, скотч, линейки, кажется, все.
Он встрепенулся:
— О, черт, совсем забыл. Пойдем, я покажу, где на складе все это и еще тетради и все остальные письменные принадлежности можно взять.
Мы бегом проскакали до склада, поздоровались с Маргарет и, набрав кучу всего нужного, отправились обратно в комнату. По пути мы пару раз столкнулись с еще какими‑то студентами, которых на обеде не было, но попыток познакомиться никто не предпринял. И слава Богу, хватит мне на сегодня.
Я сразу же начала командовать:
— Расстели ватман на полу, сейчас я покажу, как составить таблицу по истории, которую и выучить проще простого и все на ней видно.
Грин скис, но меня это мало волновало. Мы расчертили ватман на то количество стран, в одном регионе или соседних, про которые нужно было знать в определенный кусок времени. И поперек время по двадцать лет. И так у нас получилась таблица, которую мы и принялись заполнять. Какие цари, предводители, властители, вожаки и жрецы правили, какие битвы и с кем происходили, в какие годы, какой итог. Какие завоевания и прочее. Заодно рисовали небольшие генеалогические древа наиболее известных родов. Ну, и карты, конечно, не забывали. Провозились до ночи, зато Грин понял систему, и выглядел явно повеселевшим:
— Кто тебя этому научил?
— Мама. Она была историком.
Он нахмурился, но ничего спрашивать не стал.
— Ясно. Спасибо тебе, кажется, у меня даже в голове что‑то начинает откладываться.
Я засмеялась:
— То ли еще будет, у тебя и химия уложится, и физика. Обещаю.
— Лин, у тебя есть вопросы, — он выжидающе посмотрел на меня.
— Есть. Что это за прима — балерина, которая так явно выпячивала свою грудь?
Он прыснул:
— Марселла. Ее подобрал где‑то в бандитских притонах Фил. Он учит нас маскировке и умению преображаться. А еще слежке, преследованию, умению затеряться в толпе и прочим шпионским штучкам. Поговаривают, что она уговорила его взять ее с собой,…нууу… определенным способом. Ей там, кажется, грозило нешуточное наказание, вот она и сбежала.
Он потер лицо руками:
— Лин, не связывайся с ней, она слегка стукнутая, может и с ножом полезть. Ее даже, насколько мы видим, не обучают многим вещам, так…по мелочи и… — он замялся, — ей нет доступа во многие залы и похоже, она не задержится здесь надолго, она неуправляема. А еще похотлива, как кошка в течке.
— А много еще студентов я не видела?
— Ну, еще пятеро парней и три девчонки, они держатся вместе и ни с кем больше стараются не пересекаться. Они все нормальные, вроде бы, кроме Большого Билла, он такой же придурок, как и Марселла. Лин, — он взмолился, — я после дежурства, давай все на потом. Главное я вроде тебе рассказал, а там и сама разберешься, с моей помощью.