— Так и не нашли. А отчеты у всех копейка в копеечку, — хмуро ответил он.
Настала очередь отчитываться Блюдинову. Из своего выступления он устроил целый театр. Да, Илья ощущал себя неотразимым и пытался заразить этим чувством остальных. Еще совсем недавно я тоже пребывала под действием его гипноза. А сейчас к горлу подкатывала тошнота от этого лживого актерства. Однако отчитался он быстро и четко. В конце даже возникло ощущение, что отдел продаж — это то единственное ядро, на котором держится успех всей компании. Немцы удовлетворенно кивали, а Илья, получив свою порцию аплодисментов, вернулся на место.
Перед тем, как сесть, он подмигнул мне и самодовольно улыбнулся. Поверить не могу, что я так желала его внимания. Теперь же не знала, как от него избавиться.
Следующим к экрану вышел Федя.
— Всем добрый день еще раз, — начал он. Его голос звучал иначе. Не было сомнений, что перед нами был настоящий профессионал. Я не смогла сдержать улыбку, глядя, как он привлекателен без какого бы то ни было позерства.
— К сожалению, я не могу говорить так же красиво, как мой коллега, — продолжил он, имея в виду Илью, — Но уверяю вас, отдел производства в этом году показал весьма впечатляющие результаты.
Федина презентация была выверена до мелочей. Я узнала, что под его руководством за этот год было обновлено устаревшее оборудование, что повлияло на увеличение производственной мощности. Федя с вниманием отнесся к сотрудникам своего отдела, которые по тем или иным критериям внесли особый вклад в работу отдела. Мужчина был доволен проведенной работой, и в этом заключался главный итог презентации.
— Есть вопрос! — Илья поднял руку, и все с удивлением уставились на него. Еще никто не задавал вопросов. Федя кивнул, сцепив руки перед собой.
— Верните на три слайда назад, — попросил Илья, направляясь к экрану.
На отмотанной назад презентации Илья провел пальцем по экрану там, где были указаны суммы закупленного оборудования.
— Федор Алексеевич, — обратился Илья таким тоном, будто представлял прокурора в киношном суде, — Устно вы назвали одни суммы. Здесь же, в прикрепленных счетах-фактурах мы видим другие цифры. Вы потратили в три раза меньше запрошенной из бюджета суммы. Где разница, коллега?
Федя сощурился, всматриваясь в цифры на отсканированных документах, выведенных на экран.
— Это не те документы, — ответил он с присущей ему непоколебимостью.
— Вы новенький и, наверное, еще не запомнили все печати нашей компании. А, согласно печатям, документы подлинные. — Все с вниманием следили за происходящим. Немцы шептались между собой. Екатерина закрыла лицо руками.
— У меня есть подлинники с собой, — Федя достал из папки документы и, видимо, обнаружив ту же ошибку, нахмурился.
— Может, вы ответите, на какие деньги был приобретен ваш новый внедорожник? — снова напирал Илья.
— Илья Владимирович, вы перегибаете палку, — встряла Екатерина, — Господа, давайте мы прервемся на ужин и чуть позже продолжим? — предложила она, с надеждой глядя на немцев.
Она подошла к переводчице и шепотом о чем-то пообщалась с гостями, после чего те встали и ушли. Выглядели оба недовольными. В зале повисла тишина. Екатерина обернулась к Феде и Илье и закричала:
— Вы с ума сошли?! Что вы тут устроили?
— Мои документы заменили, — спокойно ответил Федя. — Вчера утром все было в порядке.
— Думаешь, кто-то проник к тебе и исправил цифры? — усмехнулся Илья.
— Мой кабинет всегда открыт. По непонятной мне причине камеры на производстве вчера не работали.
— Кто знал об этом? — жестко спросила Екатерина.
— Никто, — соврал Федя.
Я знала об этом. А еще я знала, что на производстве никого не было в то самое время. На мгновение мы с Федей встретились взглядами. В его глазах было… Недоверие.
— Что там с твоей новой машиной? — голос Екатерины стал мягче и теперь звучал просто устало.
— Мои личные траты не имеют отношения к компании, — сухо ответил Федя.
— Я вчера слышала, что Татьяна Снегирева собиралась на производство, — отозвалась Жанна, которой до этого момента даже не было в зале. Она стояла у самого входа, будто вошла, едва услышав крик Екатерины, — Может, это она подставила Федора Алексеевича? Взять печати из офиса не проблема.
Разумеется, после ее заявления все, кто знал, кто такая Татьяна Снегирева, обернулись на меня. Я даже удивилась, что так много людей знают меня по имени.
— Это правда? Ты была на производстве вчера? — сурово спросила Екатерина.
От неожиданного обвинения я не могла вымолвить ни слова. Да и что я сказала бы? Да, я была там, но документы Федора Алексеевича не трогала. Только его член.