— Потому что ты.
Я рассмеялась.
— Что я?
— Ты мне не споешь.
Я встала с диванчика.
— Кто тебе сказал?
— Споешь?
Я пошла в комнату.
— Пфф, канешна. Что?
— Париж.
— Щас, ван сек.
Я села на его кровать, взяла гитару, поставила телефон на громкую связь.
— Слышишь?
— Да.
— Слушай.
Я заиграла.
Я пела тихо, чтобы не разбудить детей.
Когда песня закончилась, в трубке стояла тишина.
— Эй?
Потом шуршание. Наконец, мне ответили.
— Кекс, это я.
— Сэм?
— Да. Дин заснул, пока ты пела.
Моему умилению не было предела.
— Заснул?
— Да. Так что только завтра поговорите.
— Да ладно уж, пусть спит.
— Ладно тогда, давай, спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Сэм.
Я положила трубку. Аааааааааааа! Какой же он все-таки классный…
Я отложила гитару, которую до этого сжимала в руках. Легла на его кровать. Уткнулась носом в его подушку. Ммм, как пахнет…
Через десять минут я уже спала.
У меня под подушкой завибрировал телефон. Я, не глядя на дисплей, взяла трубку.
— Да…
— Кееексииик доброое утрооо!
— Дин…
— Я знаю, что ты сама ни в жизнь не проснешься, поэтому решил разбудить.
— Спасибо. Доброе утро, кстати.
— Давай иди, умывайся, одевайся. Сегодня прохладно, надевай джинсы, футболку и возьми мою теплую фланелевую рубашку в шкафу.
Я улыбнулась.
— Заботишься, чтоб я не замерзла?
— Конечно. А то заболеешь, тебя отправят домой, а как я без своего Кекса, ты че. В общем поняла меня, да?
— Поняла-поняла.
— Я вот только проконтролировать не смогу. Блин. Щас же не послушаешься.
— Послушаюсь. Я тебе фотку вышлю.
— Ну ладно тогда. Так. Че то я еще хотел от тебя.
Я потянулась.
— Чего ты от меня хотел?
— Просто знай, что я скучаю.
Я улыбнулась.
— Дин, мы всего сутки не виделись.
— И что? Все равно скучаю. Ты же мой самый вкусный Кекс.
Хорошо, что он не видел, как я покраснела…
— Покраснела, да?
— Ты блин!
Дин рассмеялся.
— Я же знаю, что ты у меня стесняшка. Так, все, хватит базарить. Тебе надо к детям, а мне ехать пора.
— Будь осторожен, хорошо?
— Хорошо. Как закончим, я позвоню тебе.
— Буду ждать.
— Вкусняшка.
— Иди в сраку.
Мы одновременно бросили трубки.
Я встала с кровати и пошла умываться.
Вернулась, напевая. Подошла к шкафу.
— Как сказал папа Дин, джинсы, футболку и его рубашку.
Я достала свою одежду и полезла в отдел Дина.
— Фланелевая, фланелевая… Агас, вот.
Я достала рубашку. Большая, серая в белую клетку. А теплаяяяя…
Я незамедлительно залезла в нее. Как же теплоооо…
И Дином пахнет…
Весь день мы с детьми ничего не делали. Мероприятия были скучные, поэтому мы на них просто напросто не пошли. Мы были в корпусе, пели песни под гитару, рассказывали истории из своей жизни. Потом, после полдника, играли в прятки по всему корпусу.
Мне не хватало Дина. Не хватало его счастливой лыбы, когда он находил меня. Его хохота, когда я оказывалась под диваном или в диване. Просто его присутствия. Он так и не звонил. Мне было безумно страшно. Поэтому я весь день, почти каждые два часа, звонила Лизке. Та тоже была на взводе, ибо батя уехал куда-то с самого утра и ничего ей не сказал. Я знала, что он с парнями, но Лизка… Она пока не должна знать.
Моя сестра за эту неделю сблизилась с Кевом. Эти двое постоянно были вместе. Кева привозил Сэм, когда ехал на очередное дело или просто хотел отдохнуть. Папа хорошо относился к парням, и постоянное присутствие в нашем доме Кевина его не смущало. Моей сестре 17 лет, она может встречаться с парнями. Мне же 16, и я просто не буду находить на него время. Ибо после лета начнется снова колледж, всевозможные праздники и т.д.
Лейла, вожатая пятого отряда, снова принесла мне план и пакет со вторым ужином. Мы быстренько провели свечку. Я раздала детям кефир и печенье. Полли подошла ко мне.
— Кексик, а когда Дин приедет?
— Завтра.
— Ммм.
И она ушла. Ох, девчонки.
Я сразу поднялась к себе. Дежурить не было смысла.
Только я стянула джинсы и надела пижамные шорты, как у меня зазвонил телефон.
— Да.
— Привет, Кекс.
Я выдохнула.
— Дин… Слава Богу.
— Как ты?
— Уже лучше. Вы как? Как охота?
Дин вздохнул.
— Мы нормально. Охота успешная. Быстренько всех порубали и приехали домой.
— А почему так долго не звонил?
— Долго ехали. Пробки по дороге.
— Устал? Голос тихий.
— Есть немного. Столько часов за баранкой. Ну ничего. Как там дети?
Я вышла на балкон и облокотилась на перила.
— Дети про тебя спрашивают. Особенно Полли. Та вообще каждый час интересуется.
Дин тихонько рассмеялся.
— Завтра я уже приеду.
— Скорей бы завтра.
— Соскучилась? Я тоже.
Я улыбнулась.
— Я же весь день в твоей рубашке хожу.
— Не верю. Ты не можешь вот так вот взять и меня послушаться.
— Не веришь, значит. Щас, погодь минутку.
Я поставила разговор на паузу и включила камеру. Встала лицом к комнате. За моей спиной было звездное небо. Я сделала сэлфи. Отправила его Дину.
Сняла разговор с паузы.
— Получил?
— Нет еще.
Тут у него в телефоне раздалась вибрация.
— Вот теперь получил. Щас.
Он на минуту выключил разговор.
— Вкусняшка моя.
Я снова покраснела.
— Иди в сраку. Видишь, я в рубашке.
— Вижу. А ключицы все равно открыты.
— Это потому что я уже начала переодеваться.
— Я заметил, что ты в шортиках. И какого-то хрена торчишь на балконе! Быстро зашла в комнату!
Я усмехнулась и зашла. Села на его кровать.
— Все, зашла.
— Молодец. А теперь спой мне.
— А ты не уснешь, как вчера?
Дин усмехнулся.
— Нее. Я не знаю, как так получилось, честно. Не играй, просто пой.
— Что?
— Париж.
— Опять Париж?
— Да.
Я запела.
Когда я закончила, в трубке снова была тишина.
— Дин?
Тишина.
— Сэм?
Тишина.
— Кевин?
— Да.
— Опять он уснул?
— Да Тань.
— Так, тиха! Не называй меня по имени! Никогда! А Лизке я еще въебу.
Кевин усмехнулся.
— Значит, спит?
— Да. Ему сегодня хорошенько досталось.
Я подскочила на кровати.
— Всмысле?!
— Ну, пару ребер сломано, фингал под глазом, и еще рана на животе.
Я побледнела.
— И он мне говорит, что все хорошо! Вот Булочка… Ну ничего, он приедет, я его тут… вылечу, ага.
Кевин усмехнулся.
— Ладно, Кекс, я пошел. Завтра после обеда мы его привезем.
— Ладно. Скажи, что его ждет сюрприз.
Кевин рассмеялся.
— Кажется, я даже знаю, какой. Ладно, давай, спокойной ночи.
— Сладких снов.
Я положила трубку.
Господи… Вот… аааа… ну завтра он у меня получит!
Я переоделась и легла на его кровать. Почему-то на ней я засыпала, как убитая. Я обняла подушку. И тут же заснула.
И снова меня разбудил телефон. Ну, Дин в телефоне, точнее.
— Кексик мой вкусныыыый, доброое утрооо!
Я не смогла сдержать улыбки.
— Доброе. Как ты?
— Ооо, ваще все нормально. Выспалсяяя.
— Ты опять заснул, пока я пела.
— Да? Блять. Я не хотел. Прости.
— Да ладно. Зато выспался.
— Оох как выспался. Ты как?
Я потянулась.
— Хорошооо. На твоей кровати так спится хорошо.
— На моей? Ты спишь на моей кровати?
— Да. Она удобнее. И засыпаю я на ней быстро.
— Засранка. Ладно, с этим я еще разберусь. Значит так. Сегодня потеплее. Одеваешь бриджи джинсовые, которые на шнурке у тебя…
— Ты все мои вещи наизусть знаешь чтоли?
— Конечно. Так вот. Бриджи эти, майку-борцовку, темно-синюю такую и кофту мою спортивную.