Тут мы засмеялись в голос.
На сончасе мы бесились, как сумасшедшие. Просто орали, хохотали, барахтались на кровати, потом на полу…
Кажется, мы оба ловили момент. Просто больше такого не будет.
Я лежала на Дине, вытянувшись по нему во всю длину и, хохоча, щупала его кадык.
— КАДЫЫЫК!
— ДАААА!
Дин хохотал, ему было щекотно.
— А если ты мне его сломаешь, я умру.
Я, прищурившись, посмотрела на него.
— Вот прям умрешь?
— Вот прям да. Вот так.
Дин сложил руки на груди, повернул голову на бок, закрыл глаза и высунул язык.
Я уткнулась ему в грудь и расхохоталась.
— А что нужно сделать, чтобы ты умерла?
С языка чуть не слетело: «просто поцелуй». Но я вовремя сдержалась.
— Не знаю.
Дин усмехнулся и откинулся назад. Он, видимо, забыл, что там пол. Поэтому с громким «дыщ» ударился головой об пол.
— Господиёптвоюмать!
Я хохотала, уткнувшись ему в рубашку.
— Лошараааа!
Дин взял меня за запястья и, уперев свои ноги мне в живот, поднял меня.
Так я еще не визжала! Он то отводил ноги назад, то заводил их себе за голову так, что я чуть не падала. Но Дин крепко держал меня за руки.
— САМОЛЕЕТИИК!
— Дитё ты, Кекс.
— САМ ТЫ ДИТЁЁЁ! А Я САМОЛЕЕТИИК!
Дин рассмеялся.
Он поставил меня на пол.
— Кекс, надо идти на полдник, а потом одеваться. Начало в 6 часов вечера.
— ХОООО! ЙА БУДУ ТООООР!
Дин рассмеялся и, поймав меня, полезшую на шкаф, закинул себе на плечо и потащил вниз.
Мы вернулись в комнату.
— Ну моожнаа ужеее?!
— Да можна.
Дин подбежал к коробке с костюмами и вытащил оттуда упаковку с синей одеждой.
— Это?
— А не видно?
— А красное это твое?
— Дааа. Дай сюда.
Дин швырнул мне упаковку. Мы одновременно разодрали их.
— ТАК! БЫСТРО! ОТВЕРНИСЬ!
Мы проорали это одновременно и расхохотались.
Отвернулись друг от друга.
Я разложила свой костюм на кровати и охнула.
Дин же не удержался.
— Пиздаатооо…
Я усмехнулась.
Передо мной на кровати лежал полный комплект одежды Тора. Женский вариант.
Кожаные обтягивающие темно-синие брюки. Высокие, до колена, сапоги на шнуровке. Броня была шикарная. Кожаные нарукавники. И красный плащ…
Я немедленно натянула на себя все это великолепие. Штаны обтягивали бедра, высокие сапоги подчеркивали голени. Броня было словно корсет. Господи, у меня есть талия! Я застегнула нарукавники. Аааа шикардоосиинаа! Распустила волосы. Они у меня светлые и до плеч. Да мне же судьбой предназначено быть Тором!
Я оставила плащ на потом и повернулась к Дину.
Как говорит Лизка, когда рассказывает о очередном «сасном пацике»: «и тут у меня встало то, чего нет».
Винчестер стоял спиной ко мне, как и положено.
Синие обтягивающие штаны облепляли его ноги и задницу. Так облепляли, что ооооо… Верхняя часть костюма на его широкой спине… ммм…
Он расправлял рукава, когда я подошла к нему сзади.
— Ты все?
— Да.
Дин повернулся ко мне.
Звезда на груди, красные и белые полосы на прессе… Широкий ремень и нарукавники. Господи…
Винчестер не терял времени и рассматривал меня.
— Кекс…
— Сам то…
Мы охуевающе разглядывали друг друга.
Наконец, встретились взглядами…
И тут во мне что-то щелкнуло.
Я подошла к нему вплотную и положила руки ему на ягодицы.
Дин сначала офигел, потом усмехнулся.
— Только попробуй, и ты у меня пробный экза…
Я сжала пальцы.
Дин наклонился к моему лицу и впился в мои губы требовательным поцелуем.
Только губы. Ничего больше.
Его руки легли мне на талию.
Темп поцелуя ускорился. Дин взял меня за бедра и приподнял. Я обвила ногами его торс.
Дин переступил с ноги на ногу. И из магнитофона грохнула музыка.
— Глубоко-глубоко, между венами,
Мы друг другу останемся первыми.
Зачеркнули всё и не исправили,
Только раны друг другу оставим мы.
Параллельными, но не Вселенными;
Пополам разделили небо мы,
И разбились на части и вдребезги.
Дин припер меня спиной к стене.
Я была чуть выше его. Мои руки зарывались в его волосы, теребя темно-русые пряди.
— И я тебя под кожу запускаю, Боже мой, Боже мой.
И я тебя под кожу запускаю, только ты не со мной.
И я тебя под кожу запускаю, Боже мой, Боже мой.
И я тебя под кожу запускаю, только ты не со мной.
Только ты не со мной…
Точно. Не с ним. Но плевать.
— Глубоко-глубоко, между венами,
Мы друг другу останемся верными.
Почему ничего не исправили;
И под кожей шрамы оставили?
Эти шрамы останутся вечными.
Мы друг другу сердца искалечили,
И разбились на части и вдребезги.
Дин что-то прорычал мне в губы. Но я не поняла. Только сильнее сжала ноги вокруг его торса.
— И я тебя под кожу запускаю, Боже мой, Боже мой.
И я тебя под кожу запускаю, только ты не со мной.
И я тебя под кожу запускаю, Боже мой, Боже мой.
И я тебя под кожу запускаю, только ты не со мной.
Только ты не со мной…
Песня закончилась. Дин с трудом оторвался от меня.
— Чертовка… Нельзя же так…
Я усмехнулась.
— Ты понимаешь, что мы только что дали повод для нового пейринга? Причем — гейского.
Я рассмеялась и уткнулась ему в плечо.
Дин не торопился ставить меня на пол.
— Винчестер, у меня вот эта косточка, которая на копчике, уже устала в стену упираться.
Дин рассмеялся и отпустил меня. Я подошла к своей кровати, взяла плащ и закрепила его на плечах.
— Ну что, Капитан Америка, у меня есть шанс сдать экзамен?
Дин усмехнулся.
— Ну даже не знаааю…
Я замахнулась на него молотом.
Дин подставил щит (который прилагался к костюму). Он моего удара по металлу задрожал магнитофон на полке.
— ХЕЕРАА!
Я долбанула еще раз, но сильнее. Вибрация пошла по полу.
— Пошли.
Мы спустились вниз.
Дети восторженно завизжали, увидев нас. А мы, переглянувшись, завизжали им в ответ.
Ребятишки были шикарными. Девчонки раскрасили парней, и они теперь выше пояса были зеленые. Краска для боди-арта смывается влажной салфеткой, поэтому проблем никаких. Фиолетовые бриджики. Ааа. Шикардоосинааа. А девчонки то какие… Все в черных костюмчиках, с игрушечными пистолетами. Оооо.
Мы, повизжав друг на друга, рассмеялись.
— Почему-то мне кажется, что мы будем самым крутым отрядом на этой вечеринке.
— ДАААААА!
Мы вышли из корпуса.
Люди, которые попадались нам навстречу, останавливали нас и просили сэлфи. Парни просили сэлфи со мной, девки — с Дином. Иногда — с нами двумя. А иногда и всем отрядом. Ну, мы не отказывали. Тут же прибежал фотограф, так что мы еле добрались до сцены.
Тут у меня зазвонил телефон.
— Дооо.
— Братааан, мы приехали!
— Ооо, бля, идем!
Дин тут же легонько шлепнул меня по губам. Я укусила его за ладонь.
Мы пошли к воротам лагеря.
[От лица Лизы]
— Лоосииик, ну прокааатии!
— Лизка иди нахуй!
Я запрыгнула ему на спину и у него не осталось выбора. Сэм прошел круг около Импалы.
— Слезай нафиг.
Я спрыгнула на землю и подтянула джинсы. Кевин сидел в машине и задротил в телефоне.
Они стали мне почти братьями. За эти три недели, что Танька в лагере, где мы только не были. И в кино, и в парке, и на речке. Кевин подкатывал ко мне, я симпатизировала ему. Но пока между нами ничего, кроме дружбы.
Интересно, изменилась ли Танька? Я уже сколько ее не видела… Фотки это не то. Мне нужно обнять ее.
А вожатик этот ее… Ооо. Как вот можно с ним жить в одной комнате и не замутить?! Я ващеее…
Сэм толкнул меня в бок.
— Лизк, у меня глюки, или к нам идут Капитан Америка и Тор?!
Я разоржалась.
— Лосик, ты че, без меня курнул шоле?
— Я те блять реально говорю!