Пока он говорил, я глотала слезы за его спиной. Но последние слова заставили меня всхлипнуть.
— Теперь вы. Нелли.
Нелли начала говорить. Дин взял меня, как ребенка, на руки и прижал к себе. Я уткнулась ему в шею, всхлипывая. Винчестер гладил меня по спине, волосам, целовал в висок, успокаивая.
Дети говорили, с трудом сдерживая слезы. Девочки не выдерживали и, выговорившись, закрывали лица руками и тихонько плакали. У мальчиков слезы текли по щекам, но они держались. Очередь дошла до Полли.
Дин чуть улыбнулся.
— Слушай.
Я, глубоко дыша ему в шею, прислушалась.
— Эта смена подарила мне очень много эмоций и впечатлений. Я нашла себе подругу. Узнала, что такое настоящая команда и отрядный дух. Я испытала такое чувство, как любовь. К сожалению, безответная. Поэтому я не скажу его имени. Я не обвиняю его. Между нами большой разрыв в возрасте. Да и у него есть девушка.
Дин, глядя в глаза Полли, тихонько помотал головой.
— Нет у меня девушки.
Еле слышно прошептал и сильнее прижал меня к себе.
— Ну, даже если нет девушки. Он не выбрал меня, ну и не надо. В моей жизни будет много парней. Я надеюсь, что и у него все будет хорошо. Спасибо вам за смену, ребята. Я буду помнить каждый день, проведенный с вами. Вожатые наши. Вы самые лучшие, честно. Я люблю вас. За ваш позитив, за дурашливость. Хоть Дин и кажется таким взрослым и серьезным, он иногда ведет себя, как ребенок. А Кексик… Она самая красивая девушка, которую я когда-либо видела.
Дин усмехнулся.
— Поддерживаю.
Я улыбнулась.
— Я хочу быть, как она. Уметь играть на гитаре. Танцевать и петь. Кексик, я хочу быть похожей на тебя, когда вырасту.
Я не нашла в себе сил ответить в полный голос.
— Спасибо, Полли. Ты будешь такой, какой захочешь. Главное — будь собой.
Дин передал мои слова Полли и поблагодарил ее от себя.
Дети говорили много теплых слов. Каждый из них заставлял снова и снова всхлипывать Дину в плечо.
— Кекс, Пончик пришел к тебе.
Я выглянула из-за плеча Дина. Томми протягивал мне моего мишку. Я взяла его и прижала к себе.
— Ребят, я не буду много говорить. Не то, что не хочу. Я просто не могу. Затоплю тут все слезами. Этот месяц был лучшим в моей жизни. Вы — самые офигенные дети, которых я когда-либо встречала. Вы умные, самостоятельные, артистичные и самые милые дети на свете. Я долго буду помнить наши посиделки, как мы пели под гитару, как играли во все на свете. Как и Дин, я люблю вас всех. И да, я нашла друга. Самого сумасшедшего и классного. Он научил меня делать «not bad» и кое-чему еще. Я люблю этого парня, как друга. Булочка моя…
Дин усмехнулся и забрал у уже ревущей меня Пончика.
— Ребят, сейчас давайте по комнатам. Когда Кекс успокоится, мы зайдем в каждую комнату.
Дети разошлись. Я всхлипывала у Дина на руках.
— Ну, Кекс, хватит. Давай ты мне в комнате потоп устроишь, ладно? А сейчас надо к детям.
Дин вытер мне слезы и помог встать.
— Все? Пошли.
Мы пошли по комнатам.
Мы зашли в каждую комнату и просидели в каждой минут по 20. Просто садились на одну из кроватей, дети садились рядом с нами и обнимали нас. Рассказывали что-нибудь.
Когда мы поднялись к себе в комнату, было уже за полночь. Спать мы не собирались. Ну, может, вздремнем под утро часик.
— Кекс, пошли на балкон?
Я удивилась, но согласилась.
Мы вытащили туда покрывала, подушки и одно одеяло. Расстелили покрывала в центре балкона, бросили две подушки, с краю положили одеяло.
Я надела рубашку Дина, синюю в белую клетку, и пижамные шортики. Их даже видно не было. Распущенные волосы струились по плечам. Дин был в одних синих боксерах. Волосы стояли ежиком. В зеленых глазах плескалась тоска.
Мы сели на покрывала, друг напротив друга, но так близко, насколько позволяла моя гитара. Рядом с нами стоял пакет с едой, которую привезли ребята. Газировка, чипсы. Но самое главное — апельсины.
Дин распечатал пачку чипсов и положил ее между нами. Я открыла бутылку с газировкой.
Мы хрустели, тихонько переговариваясь. Осталась последняя чипсина. Мою руку в пачке накрыла ладонь Дина. Мы переглянулись. Я прищурилась.
— Это моя чипсина.
— Кто тебе сказал?
— Я. Отдай.
— Не отдам.
— Вот че ты такой упрямый?
— С кем поведешься, от того и наберешься.
— Иди в сраку. Чипсину отдай.
— Признаешься кое в чем, тогда отдам.
— Че тебе?
Дин чуть улыбнулся.
— Я же тебе понравился?
— Стала бы я с тобой жить, если бы ты мне не понравился.
— А если серьезно?
Я пыталась вытащить руку с чипсиной.
— Серьезней некуда.
— А вот ты мне реально понравилась.
Дин выпустил мою руку. Я довольно захрустела.
Дин усмехнулся.
— Так прикольно наблюдать за довольным ребенком.
Я показала ему язык трубочкой. Он ответил мне тем же.
Я глотнула из бутылки. Дин протянул руку за газировкой. Я принялась специально пить, не отрываясь.
— Кекс. Я тебя люблю.
Я закашлялась так, что еще немного — и помру.
Дин воспользовался этим и забрал у меня бутылку.
— Винче… кххх… ты идиот…
Дин довольно улыбался и пил.
Я перестала кашлять.
— Вот обижусь же. И все. И даже не подходи ко мне завтра.
Я отвернулась от Дина и уставилась в звездное небо.
Спустя некоторое время меня за талию обняли мужские руки. Вихрастая голова уткнулась мне в шею.
— Прости. Я не хотел тебя обидеть, честно.
Дин горячо дышал мне в шею. Его губы едва не касались моей кожи.
— Просто… Я не знаю. Хочется побесить тебя последний раз.
Я закусила губу, сдерживая слезы. Последний раз…
Дин знал, что я его простила. Он понял это без слов.
Мы молча сидели, смотря в небо.
Время близилось к двум часам ночи.
Мы с Дином одну за другой поедали апельсинки, вспоминая каждый день смены.
— Кекс, а помнишь, как в бассейн ходили? Я вообще в шоке был, когда ты сказала, что плавать не умеешь.
— А я удивилась, когда ты сказал, что не умеешь делать язык трубочкой.
— Раз уж на то пошло. В 16 лет первый раз поцеловаться это конечно дааа…
Я запустила в него кожуркой от апельсинки.
— Мне не до парней было. Я учусь, в отличие от некоторых.
— Кстати, ты на какой факультет планируешь поступать?
— Ядерная физика и электроника.
Лицо Дина вытянулось в удивлении.
— Ядерная физика?! Электроника?! Штооо?!
Я рассмеялась.
— Тооо. Я разве не говорила?
— Стал бы я орать тут. Ты? И физик-ядерщик?
Я пожала плечами.
— А что такого? Мне нравится копаться в микросхемках, создавать разные приборы.
Дин сидел в шоке.
— То есть если ты выйдешь за меня замуж, в меня будет вшит микрочип GPS?
Я рассмеялась.
— Щаз, выйду я за тебя замуж, ага, жди. Мы обручимся только после дождичка в четверг, под свист рака на горе и под косяком летящих свиней. Ну почему сразу «вшит микрочип»? Просто я буду знать о тебе все, стоит мне только узнать ядерный баланс в клетках твоего мозга.
У Дина задергался глаз.
— Хватит, прошу!
Я рассмеялась.
— Так, ладно. Фуууф. Допустим. Я сейчас сижу рядом с маленькой ходячей ядерной бомбой.