Дин посмотрел на меня.
— У тебя из-за меня этот шрам?
Я пожала плечами.
— Можно сказать и так. О, вот и наш Паркер.
Мы принялись за работу.
Большая часть могилы уже раскопана.
Я сидела на краю могилы и болтала ногами. Дин мощными движениями выкидывал землю из ямы.
И вот его лопата уперлась во что-то твердое.
— Да неужели!
Я спрыгнула к нему и помогла открыть гроб. Тут же нам в носы ударил запах гнилой плоти. Я аж чуть сознание не потеряла.
— Кекс, давай канистру, спалим его нахер.
Мы вылезли из могилы. Дин налил на кости бензина, я щедро посыпала солью. Мы сыграли в «камень-ножницы-бумага».
— Дин, всегда с ножницами!
Винчестер показал мне язык и отдал коробок. Я зажгла спичку и бросила в могилу. Тут же запылал огонь.
И все. Меня парализовало. Когда я вижу огонь, у меня отключаются мозги, напрочь. Хочется смотреть и смотреть, не отрываясь.
Очнулась я, только когда почувствовала губы Дина на своей шее, а его руки — у себя под футболкой.
— Эй, ты че?
Да, Таня, молодец, самый умный вопрос из всех умных вопросов!
Дин что-то пробурчал мне в шею. Я рассмеялась и повернулась к нему лицом. В зеленых глазах Дина отражалось пламя.
Я взяла его лицо в свои ладони.
— Рано. Я тебя не простила еще. Так что держи свои губы и руки при себе.
Дин застонал и уткнулся мне в плечо.
— Да не контролирууую я себяяя…
Я усмехнулась и похлопала его по спине.
— Терпи, мой мальчик, терпи.
Мы пошли к Хаммеру.
По дороге домой мне позвонила Лизка и попросила забрать их около кинотеатра.
Дин задремал. Я убавила музыку. Пусть отдохнет, столько лопатой махать…
Возле кинотеатра я заглушила мотор. Дин приоткрыл глаза.
— Чего стоим?
— Лизку с Трэном щас заберем, и домой. Ты спи, спи.
Дин улыбнулся и, положив голову мне на колени, свернувшись калачиком на пассажиском сидении, снова заснул.
Я медленно расчесывала пальчиками его темно-русые волосы. Вот что теперь делать? Рассказывать ему все? Что я из-за него попала в Чистилище?
Или не рассказывать? Но если я не расскажу, я жить с ним рядом нормально не смогу. Потому что обижена. И без него не смогу…
Тут задняя дверь моей машины открылась, и залезли Кевин и Лизка. Громко захлопнув дверь, Лизка принялась орать.
— ЭТО БЫЛО ВСОООО! ДЭДПУЛ ТАКОЙ ДЫЫЫЫЩ! А ЕГО ТАК БУУУУМ! А ПОТОМ ЕЩЕ И ПЕСНЯ!
Я шикнула на нее.
— Нука цыц!
Она посмотрела на меня. Залыбилась, увидев у меня на коленях спящего Дина.
— Ладно, я тебе дома расскажу.
— Вот именна.
Я завела мотор и выехала с парковки.
Кевин тронул меня за плечо.
— Таньк, вы то как? Все сделали?
Я кивнула.
— Да, к бабуле съездили, от нее узнали, кто был недоброжелатем убитого. Сгоняли на кладбище и спалили его труп к чертовой матери.
Одной рукой я держала руль, другой по-прежнему гладила волосы Дина.
— Он копал?
Лизка кивнула на Винчестера. Я кивнула.
Полпути проехали молча. Тут я кое-что захотела спросить.
— Ребят, а вы без ужина сегодня сможете?
Тишина.
— Ребяяят.
Снова тишина. Я подняла глаза на зеркало заднего вида. И чуть не вписалась в проезжающий мимо грузовик.
Лизка и Трэн целовались, лежа на заднем сидении моего Хаммера.
— Ах вот так вот, да.
Я тихонько потрясла Дина за плечо. Он открыл глаза.
— Че, приехали?
Я прижала пальчик к его губам.
— Тссс. Назад посмотри.
Дин медленно, как будто так и надо, повернул голову.
— Хуясенихуясе…
Снова положил голову мне на колени.
— И давно?
Я пожала плечами.
— Молчали они минут 15. Я у них че то спросила, а они молчат. Обернулась, а они вона чо.
— Дааа, ну дают ребятки…
Я улыбнулась.
— Ну хоть у кого-то в личной жизни все нормально.
Дин усмехнулся и закрыл глаза.
Я тихонько включила музыку и, улыбаясь, вела машину. Ну, Лизка, держись. Подъебов и расспросов тебе не избежать…
Припарковавшись возле дома, я заглушила мотор. Дин уже минут пять моргал, лежа у меня на коленях, просыпаясь. Сонный, такая зая…
Он зевнул.
— Падла тыы…
Я тоже зевнула.
Дин улыбнулся.
Дотянулся рукой до колесика громкости на магнитоле и крутанул его. На всю машину грохнуло «На пути в Вальхаллу».
— ХИЩНИКИ В ГОРОДЕ!
С заднего сидения послышался какой-то шорох.
— Ай, ты мне губу прикусила!
— ВИНЧЕСТЕР! Я УБЬЮ ТЕБЯ!
Мы с Дином рассмеялись и начали подпевать.
— СЕЗОН ОТКРЫТ!
— БУФ!
— ОТКРЫТ БЛЯТЬ СЕЗОН ИМ, НО!
— ИДЕМ НА КОНФЛИКТ!
— БУФ!
— ИДЕТЕ НА КОНФЛИКТ, ИДЕТЕ!
— ИДЕМ НА КОНФЛИКТ!
— БУФ!
— ОХ УЕБУ Я ВАС!
Мы с Дином переглянулись.
— ВРЕМЯ ЧУГУНУ СТАТЬ СТАЛЬЮ!
— ВРЕМЯ ОТПИЗДИТЬ КОГО-ТО КАК СЛЕДУЕТ!
— НОЧЬЮ ВОИНЫ ОТПРАВЯТСЯ В ВАЛЬХАЛЛУ!
— ОТПРАААВЯТСЯ ВОИНЫ, ОТПРАВЯТСЯ. А ВЫ НАХУЙ ОБА ОТПРАВИТЕСЬ!
Тут мы засмеялись в голос.
Мы с Дином первые вылезли из Хаммера и, свистнув Тора с заднего сидения, где он, бедный, лежал на полу, побежали в дом.
Пронесшись мимо охуевшего Сэма, пулей взлетели на второй этаж.
— СЭМ! ГДЕ ОНИ?!
— На-на-наверху.
Бедный, аж заикается.
Мы с Дином забежали в комнату ровно тогда, когда Лизка вбежала на площадку перед комнатой. Мы навалились на дверь.
— СУКИ! ТОЛЬКО СПУСТИТЕСЬ, Я УБЬЮ ОБОИХ!
Мы молчали. Она еще немного поголосила и спустилась вниз. Мы скатились вниз по двери. Дин повернул ко мне голову.
— Че это она так, а?
Я пожала плечами.
— Это ее первые серьезные отношения. Может, из-за этого…
Дин тоже пожал плечами.
Встал.
— Ну чтож. Спускаться нам нельзя. Что будем делать?
Я тоже встала.
— Хочешь узнать, из-за чего я на тебя в обиде?
Дин кивнул.
— Тогда пошли за мной.
Я взяла его за руку и подвела к окну.
— Эй, ты чего?
Я залезла на подоконник и свесила ноги.
— Да не ссы. Смари.
Я трижды хлопнула в ладоши.
Багажник Хаммера раскрылся. Оттуда, надуваясь, появился небольшой батут.
Дин рассмеялся.
— Ты щас серьезно?
— Серьезней некуда.
Я спрыгнула вниз. Приземлилась на батут. Слезла с него на землю.
— Теперь ты.
Дин усмехнулся.
— Ни за что бы не подумал, что когда-нибудь буду прыгать со второго этажа, из комнаты девушки, на батут, который вылез из ее машины!
Я рассмеялась.
— Прыгай давай!
Дин спрыгнул вниз. Отскочил от батута и прземлился рядом со мной.
— Ну херасе. Долго с ним возилась?
Я снова трижды хлопнула, убирая батут в багажник.
— Неа, две недели всего.
Дин сделал «not bad». Я вытянула из окна комнаты Костолом. Дин приподнял бровь.
— А это зачем?
Я усмехнулась и крутанула Костик в руке.
— А это я буду злость вымещать.
Дин побледнел.
Я рассмеялась.
— Да не на тебе, не бойся. Садись в машину.
Мы сели в Хаммер. Ну, чистое поле мое, это снова я еду…
Всю дорогу я вспоминала то, что произошло в Чистилище. Я хотела рассказать Дину все, выплеснуть на него все свои эмоции. Я понимала, что в момент этого гнева Костолом будет только мелькать в воздухе. И еще… Шрамы могут начать болеть, а то и кровоточить. Как же хреново, когда они реагируют на твои эмоции…
А вот и мое поле. Я заглушила мотор. Мы с Дином вылезли из машины. Сразу же я стянула с себя куртку, оставшись в футболке.
— Э, охренела чтоли? Простудишься. Надела быстро.
Дин хотел было накинуть мне на плечи мою куртку, но я посмотрела на него так, что он сразу перехотел. Футболку продувало насквозь, но я даже не ежилась. Моя злость грела меня изнутри. Я кивнула Дину, приказывая следовать за собой. Он беспрекословно слушался. Кажется, Винчестер понимал, что ему придется не сладко. Я отошла от Хаммера метров на 70, чтобы не зацепить нечаянно молотом свою машину. Наконец, я остановилась. Дин, не ожидавший такой резкой остановки, впечатался мне в спину.