— Да ну чего вы, это же не олень, давайте садитесь. А то мне еще за дровами надо ехать, — заторопился возчик Филипп.
Члены комиссии по приемке пушнины уже были в сборе. Около окна, ближе к двери, стоял широкий новый стол. Вчера этого стола не было. Надо думать, что его сегодня привезли сюда из столярки. И изготовили его специально, чтобы на нем считать белку. Председатель колхоза Захар Каркув и пушник Евгений Ботаков поздравили Кэлками и его жену Акулину с успешным завершением промыслового сезона. Кэлками вместе с Акулиной сдали полторы тысячи шкурок белки при плане одна тысяча сто белок, перевыполнив план добычи на четыреста белок. Это был самый лучший результат по отстрелу в этом году. Об этом стало известно, когда все промысловики сдали привезенную из тайги пушнину. Бригадиры Антон Илани и Семен Каяни добыли белки почти наравне с Кэлками. Илани сдал девятьсот пятьдесят белок, а Каяни девятьсот тридцать шкурок. А остальные охотники по семьсот пятьдесят-восемьсот белок. А две женщины-охотницы сдали по триста штук белок и по десятку горностаев, тоже выполнив планы. Но Акулина оказалась впереди всех, перевыполнив план на сто белок. И по качеству сданная пушнина у супругов Кэлками была самой высокой. После приемки пушнины Захар пригласил супругов к себе домой пообедать и чаю попить. У камешковцев чаепитию уделяется большое внимание, не напоить гостей чаем не совсем хорошо. Председателю все-таки удалось уговорить Кэлками поприсутствовать на собрании.
— Завтра все охотники должны сдать пушнину, прием белки будет идти допоздна. А послезавтра собрание начнем с обеда. Завтра с утра пошлю собачью упряжку за вами, чтобы оленей своих сюда не гоняли. Спокойно, не торопясь, сделаете покупки, а вечером вас отвезут домой в палатку. А то сейчас олени стоят голодные. Куда ж это годится? И вы за это беспокоитесь. Хорошо, что старики у нас добросовестные, караулят животных. Стариков мы отблагодарим, так не оставим, — говорит Каркув.
— Очень хорошо, Захар Прокопьевич. Ты хорошо думаешь. Нельзя оленей на привязи без корма держать, похудеют и подохнут. С пустыми руками в бригаду тоже негоже ехать. Для нас с Акулиной продукты на лето в бригаде не были предусмотрены. Не могу же я пастухов ущемлять. Поэтому мы хотим купить себе самое необходимое и увезти с собой, никого не утруждая, — сказал Кэлками председателю.
— Ты, Кэлками, абсолютно прав, мыслишь, как хозяйственник. С транспортом проблем нет. В любое время вас увезут и привезут. А с собранием как быть? Остаетесь? — снова спросил Захар.
— Хорошо, собрание надо послушать. Сегодня я отгоню оленей на Утэчан, а завтра с утра пришлешь за нами упряжку. И кого-нибудь из стариков, того же Гиргори можно, чтобы караулил нашу палатку и за оленями присматривал, когда нас дома не будет. Мало ли что. И пусть ночует в палатке, вдруг собрание поздно закончится, и нам придется заночевать в селе, — говорит Кэлками Захару Каркуву.
Охотника Кэлками в колхозе уважали и считались с ним. Поэтому его присутствие на собрании как передовика производства, было просто необходимым.
— Хорошо, Кэлками, завтра утречком с упряжкой приедет к вам и дед Гиргори, — сказал председатель.
В сенях послышались топот и нетерпеливый стук в дверь.
— Да, да, войдите, — ответила Мария, жена председателя. Вошли трое мальчишек, местных школьников.
— Дядя Захар, охотники приехали. Много. Нам сказали, чтобы мы вас предупредили, — с порога заголосили ребятишки.
— Иду ребята, иду, — ответил Каркув.
Мальчики уже хотели уйти, но хозяйка их остановила:
— Ребята, подождите минутку, — сказала хозяйка. Вот вам по пирожку, они еще тепленькие, — сказала она, подавая детям пирожки.
— Ладно, вы обедайте, а мне пора. Охотники подъехали, пойду встречу. Евгений Микитович уже там, наверное, — сказал Каркув, надевая драповое пальто и пыжиковую шапку.
Мария все еще хлопотала у жаркой плиты. Пока гости ели суп, она нажарила рыбы и сварила на гарнир сухой картошки.
— Мария, сад ись, пообедай с нами. Втроем веселее будет, — предложила Акулина.
— И то правда, — ответила Мария, наливая себе суп, и поставила на стол тарелку с пирожками с печенью и легкими оленя.
После обеда Мария подарила Акулине несколько больших иголок с широкими ушками и теплый шарф, а Кэлками — накомарник и хлопчатобумажные брюки в белую продольную полосочку.
— Спасибо хозяйке за вкусный обед и за подарки, — поблагодарил Кэлками Марию.
— Спасибо тебе, Мария, за все. А завтра я подарю тебе выделанную шкуру выдры, шапку себе сошьешь, ты же мастерица. В палатке забыла, с вечера отложила… и забыла, — сказала Акулина.