Ездовые олени, увидев хозяйку, быстро окружили ее в надежде получить лакомство. Каждому из них Акулина сунула в рот по ломтику белки и по пластику рыбьей чешуи и, захватив лыжи, пошла по застывшей лыжне.
Кэлками спешил, тая в душе надежду, что капканы не пусты. Слишком старательно он вкладывал вчера, когда ставил их в холодной воде, свое мастерство, чтобы сегодня улыбнулась ему удача, ибо по пути ему уже не придется поохотиться, тем более на выдру. И сроки промыслового сезона на исходе.
Кэлками еще издали заметил темный предмет возле полыньи, где он приморозил жердину: «Никак выдра? Там пятна не должно быть…» — подумал он, ускоряя шаг. Заметив охотника, выдра заметалась и тотчас скрылась в полынье. Цепь капкана дергалась, скользя по торцу припая. Кэлками снял лыжи и откинул в сторону, рывком оторвал примерзшую палку и, ухватившись за мокрую цепь, стал вытаскивать сопротивляющуюся выдру. Разбрызгивая воду, выдра сопротивлялась и изворачивалась, злобно урча, как горностай, попавший в капкан. Вытащив на лед, Кэлками оттащил ее подальше от воды и несколькими ударами посоха добил. Выдра попалась в оба капкана сразу двумя лапками, поэтому не смогла вырваться. С одного капкана она бы сорвалась, тем более в воде. В воде она сильна. Кэлками засыпал выдру снегом, чтобы не застыла, и пошел осматривать остальные капканы. В капкан, поставленный в большой протоке под водой, выдра попалась, но ушла. Очевидно, она задела капкан животом, и он защелкнул, ущипнув лишь клочок шерсти. Зато зрелый самец угодил задней лапкой в капкан, настороженный под берегом. Управившись с выдрой, забившейся под береговым обрывом, Кэлками свернул капканы и положил в котомку. Утренний снегопад прекратился, и лучи солнца начали растекаться над таежной синевою. Покурив, Кэлками засобирался домой.
«Пора. Надо еще рыбу поудить, может хоть хвостик попадется», — подумал он, вставая на лыжи.
Чтобы не тащить выдр на себе, Кэлками волоком потащил их, связав веревкой за шеи. Дым из трубы вовсю вился, когда он подходил к палатке. Акулина была сильно удивлена трофеями мужа.
— Ты опять выдру добыл, притом двух? Даже не верится, что это нам так повезло, — обрадовалась она.
— А у тебя как дела? — спросил Кэлками.
— Я двух зайцев принесла, а третьего какая-то птица съела. Желудок да кости лежат, — сказала она. — А я и не расстроилась, куда нам столько. Куропаток близко видела, но ведь я же без ружья ходила. Быстро вернулась, а чего, тут рядышком. Обед у меня готов, думала нескоро придешь, — сказала Акулина.
— До капканов тоже недалеко. Снял капканы, и обратно, с выдрами, правда, повозился. Третья выдра ушла, — да пусть себе идет. Давай Ако быстро пообедаем, и на речку, — сказал он жене.
— Мне доставать свои удочки? — спросила Акулина.
— Да зачем? Моих удочек хватит, — ответил Кэлками. Быстро пообедав, супруги пошли на рыбалку.
Кэлками продолбил лунки поближе к перекату, где вздулся потрескавшийся лед. Обычно в таких местах зимует рыба. Под приподнятым льдом всегда больше кислорода. Стоячую воду с прижатым ко дну льдом рыба избегает. Эти особенности Кэлками, конечно, знает. Рыба сразу стала клевать, кактолько они опустили блесна под лед. Преимущественно брал крупный норигэ (хариус), попадалась и мелочевка. Несколько штук и худинры (ленка) поймали. Вытащенные рыбины сразу застывали на морозе, расправив плавники. Но поклевка быстро закончилась, как будто рыбы и не было.
— Эх! Чуточку мы опоздали, поклевка кончилась. Теперь перед темнотой рыба может брать. Для интереса мы еще можем подойти, как дома дела закончим. Нам же еще и трофеи наши надо ободрать. Ну и то ничего. Почти полная котомка, мастера мы с тобой, Ако. А рыбы хочется, с самой осени свежей не едали. И бульона тоже… — по-детски радовался Кэлками.
В тот день супруги вдоволь наелись рыбы. Незаметно стемнело, пока снимали шкурки с зайцев и выдр.
— Рыбное место, поэтому выдры скопились здесь у слияния Омолона и Авлынди. Зайцев и куропаток тоже много. Никто же не промышляет специально выдру и зайца. А охотники стороной проходят. Юкагира бы Опанатия сюда, которого встречали. Они бы и горя не ведали здесь, — размышлял Кэлками.
— И то правда, мне тоже это место нравится, как и Бэбэкан. Если бы не пушнина и олени, остались бы здесь до осени. Отсюда бы и поехали белковать, — размечталась Акулина.
— Ако, надо будет реку угостить за щедрость. Приготовь хоть щепотку табака, чаю и муки. Завтра утречком в реку брошу, — предупредил Кэлками жену.
— Я сейчас приготовлю и около столика положу, — сказала Акулина.