— Ну молодец. Без твоей помощи мы бы так быстро не управились. — похвалила Варвара сына.
Всю приготовленную свеженину, сложенную в посуду и на скатерти, поставили в центре жилища.
— Мужчины, подвигайтесь ближе к столу, свеженину будем есть. А потом уже мясо… — распорядилась Варвара, как и полагается хозяйке.
Все плотным кольцом уместились в небольшом пространстве вокруг приготовленного местного деликатеса и принялись за еду. В каждой палатке все семьи с аппетитом ели свеженину и отборное жирное мясо. Это нетрудно было понять хотя бы по тому, что в стойбище воцарилась тишина. Детвора, шумевшая во дворе, разошлась по своим жилищам. Изредка слышался из палаток легкий стук по кости. Обычно дети во время еды не галдят, а кушают тихо и не торопясь. И взрослые тоже едят степенно, изредка перебрасываясь словами.
В семье Мургани костный мозг ели с обжаренной на печке печенкой. Головной мозг забитого сегодня оленя, легкие и сваренные кишки разошлись хорошо. Оставшийся костный мозг, обжаренные на костре губы, ноздри, околоушные железы животного, оставили на завтра.
— Кто желает мяса? Гости, да вы не стесняйтесь, кушайте на здоровье, — говорила гостеприимная хозяйка Варвара.
— О нет, спасибо, мясо давайте на вечер отложим. Чаю бы, — ответил Кэлками. После чаепития и обильной еды уставшие за день мужчины легли отдыхать.
«Поктрэвкан уже достиг возрастной зрелости, он сейчас в расцвете сил, скоро дело к старости пойдет. Оседлаю его завтра ради спортивного интереса. А то когда еще придется потягаться на бегах», — уже засыпая, подумал Кэлками.
Тем временем женщины тихонько беседовали, как, мол, зима прошла, да и из прошлого что-то вспомнилось. Заглянули на огонек и соседки Агафья с Верой. Поздно вечером подъехали и пастухи из Анункуна и Чорчана. Акулина надеялась, что приедет на праздник и Дарья вместе с мужем Алгимаром. Но та не смогла, осталась дома с малыми детьми.
Назавтра готовились состязания верхом на оленях. Допоздна не успокаивалось палаточное стойбище. Хозяева и гости уже по нескольку раз садились поужинать и попить чаю. На морозном воздухе звуки чрезмерно проницательны, поэтому разговоры и смех обитателей стана уходили далеко за ручьи между тенями заиндевелых деревьев. Однако утром пастухи загремели растапливаемыми печками далеко до рассвета. Кто-то из соседей гулко стучал палкой по жестяной трубе, выбивая таким образом копоть из дымохода, чтобы улучшить тягу. Кто-то из стариков, скорее всего, Дядика, выйдя во двор, раскашлялся, наверное, дед натощак накурился махорки. У дальней палатки подрались собаки, но сразу разошлись. Одна из собак, постанывая, поплелась домой.
Мургани Павел тоже рано поднялся, поставил разогревать еду и чайники на печку. Развел огонь и в юрте, чтобы теплее стало.
— Ведерко с теплой водой в дюкане (прихожей юрте) стоит, там же и ковшик, — сказал Павел.
— Хорошо, найдем… — ответил Кэлками, выходя во двор.
Все уже уселись завтракать, когда за палаткой заскрипели чьи-то шаги. В сумраке юрты послышалось кряхтенье.
— Как темно. О трубу не стукнись, — послышался глухой мужской голос.
— Кто-то в гости пожаловал, — проговорила Варвара.
В брезентовом проеме палатки показалось раскрасневшееся скуластое лицо старика Тимуёна, а за ним вошла и остановилась за его согбенной спиною и бабка Елизавета. Пожилые супруги живут в бригаде Василия Тюлбата и приехали вчера вместе другими.
— Дорава-ла! Дорава (Здравствуйте, здравствуйте), — поздоровались новые гости, пробираясь ближе к центру палатки.
— Елизавета, ты лучше пройди сюда и садись около меня, — сказала Варвара, отодвигаясь в сторону печки, чтобы освободить место для пожилой женщины. Старики со всеми поздоровались за руки. За зиму Тимуён уже два раза бывал в гостях в этой бригаде. Поэтому обо всех новостях был в курсе. Но зато Тимуён и Кэлками года два с гаком не встречались. Правда, для беседы и подробного обмена новостями время было не самым подходящим. Все пастухи и охотники сильно торопились. Надо было идти в стадо, поймать и привести беговых оленей.
— Тимуён, вы завтракайте без спешки, вечером поговорим, — сказал Мургани старику.
— Конечно, конечно, Павел. Нам-то некуда спешить, — ответил старик. — Как Кэлками поохотился? Белка-то хоть есть? — поинтересовался Тимуён.
— Ничего, можно сказать. Белка есть, план выполнили. Сезон в общем-то, удался, грех на что-либо жаловаться. Затяжных снегопадов не было, поэтому на маршруте снежный покров неглубоким был. Правда, собаку Утэ потерял. И в начале сезона сам в реке провалился, но все обошлось, простудился, правда, — рассказывал Кэлками, допивая чай.