— Эро! (возглас удивления) Разве можно так? Будто впервые в тайгу попал. Надо поаккуратнее быть, а Утэ, наверное, в чей-то капкан угодил, — сокрушался старик Тимуён.
Но Кэлками уже надел шапку, чтобы выйти вслед за Павлом и его сыном Василием.
— Тимуён, садись к столу поближе, теперь вы с Елизаветой позавтракайте. Есть свеженина, может, подать? — спросила Варвара.
— Нет, Варя, спасибо. Мы только чаю попьем, — ответила Елизавета.
— Варя, не найдется ли у тебя жареного бурдука? — спросил Тимуен у хозяйки.
— Конечно, найдется, целая сковорода стоит, еще вчера пожарила. Ако, ты там поближе. Подай-ка сюда сковороду с мукой, она у большого шеста стоит, под тряпкой, — попросила Варвара Акулину. — Ако, давай-ка теперь и мы позавтракаем вместе с гостями. А то все торопятся, и мы тоже, присесть некогда, — продолжает Варвара.
Соревнования
В палатку заходили и выходили люди. Мужчины таскали и осматривали свои седла, поводья, чтобы ничего не подвело на соревновании.
Мужчины собрались в центре стана. После коротких разговоров участники бегов направились на пастбище, чтобы привести беговых оленей. Наконец вездесущие и не дремлющие оленегонки заголосили, мол, хозяева идут. Было еще рано, поэтому пастухи и гости разошлись по палаткам, чтобы быстро пообедать. Пусть и беговые олени опорожнятся, подготовятся как следует к быстрому бегу.
Решено было гнать вниз по руслу Ирбыки до слияния с Хулляканом и обратно. Серьезный маршрут, не слишком далеко, но и не близко. Гонщиков будет вести старший пастух Василия Тюлбата, Алгимар Алексей на оленьей упряжке, чтобы не было случайной путаницы по дороге. Нартовая упряжка Алгимара будет идти легко и намного быстрее, нежели верховые олени с седоками на спине. Еще накануне пастухи предварительно расчистили финишную площадку от сучьев, выступающих пней, затвердевших бугров снега. А старики Аким и Тимуён, знатоки экстерьера оленя, пока гонщики обедали, успели осмотреть внешние данные беговых животных. Не без внимания и похвалы остался, конечно, Поктрэвкан. Опытный гонщик умеет подобрать молодого оленя, пригодного для спортивных состязаний, прежде чем обучать и тренировать его. Олень ведь тоже как человек: то силенки да выносливости не хватает, то нервная система слаба, то костяк тонковат. Однако после беглой оценки способностей беговых оленей Аким и Тимуён предрекли, что первое место поделят между собой Кэлками на своем Поктрэвкане и Антон Илани на длинноногом, пегой масти, верховом олене по кличке Кукаки, что означает «кукша».
Пастухи поставили на первый приз обученного белого неркына (быка четырех лет). За второе место присуждался тоже олень, которого привели вчера из бригады Василия Тюлбата. Оба призовых оленя уже стояли на привязи у финиша. И теперь любой, занявший призовое место, без лишних хлопот мог увести в свое стойбище молодого оленя. На третий приз поставили хорошо продубленную, на подошву, шкуру лахтака (морского зайца) и выделанную шкуру росомахи. И по давней традиции учредили четвертый приз гонщику, занявшему последнее место. Так сказать, за участие в состязаниях.
Елкылина (гонщик, занявший последнее место) может быть молодым, не имеющим опыта спортсменом, либо старым, который не в состоянии тягаться с другими в полную силу. Вот на этот случай и ставится последний приз, чтобы все было по справедливости. Плетеный из бычьей сыромятины новый аркан и три пачки патронов от мелкокалиберной винтовки, а также красиво расшитые перчатки от женщин достанутся елкылине. Похвально, ничего не скажешь.
По случаю оленьих гонок в каждом жилье варилось мясо и кипели чайники. После недолгого чаепития все обитатели стойбища уже толпились на улице в нетерпеливом ожидании старта. Гонщики седлали оленей, туже подтягивали подпруги и проверяли посохи. Беговые олени нервничали, пофыркивали и метались. Впереди всадников, на некотором отдалении, стояла упряжка Алгимара Алексея, готовая умчаться по дороге, ведущей к руслу реки Ирбыки.
Судить соревнования пастухи попросили Тимуёна, Акима и Якова Гэрэю. Лучше их судейские правила соревнований никто не знает, тем более они свободны и не участвуют в гонках.
— Тэка улилра! (Садитесь в седла), — послышался хрипловатый голос старика Акима.
Опершись правой рукой на посохи, а левой придерживая уздечки, ездоки легко перебросили свои тела на упругие и сильные спины верховых оленей. Сел на нарту и Алгимар. Самых темпераментных животных свободные от гонок мужчины держали под уздцы, чтобы прежде времени они не рванули вперед.