— Нужно избавиться от этого дерьма. И лучше вчера, — процедил Атлас, поворачиваясь к машине.
— Сдадим Бешеным? — со слабой, детской надеждой в голосе выдохнул Джером, залезая на пассажирское сиденье. Его руки все еще дрожали, и он пытался спрятать их между коленей.
— Нет. Действуем по плану, — отрезал Атлас, поворачивая ключ зажигания. — Остальным ни слова.
Рев мотора показался кощунственно громким, оскверняющим звенящую тишину пепелища. Атлас достал телефон, палец повис над именем «Куки» в списке контактов. «Проверка контрольной точки». — Джейсон. Что у вас?
После бессвязного, сбивчивого потока сознания, который хотелось прослушать на тройной скорости, Атлас выудил главное: сделка с «Усачом» из Аптауна прошла как по маслу. Чисто. Анонимно. Деньги в кармане, кирпич в истории. Отлично. Значит, один источник заражения ликвидирован. Осталось три. Если повезет, к концу недели от этой чумы не останется и атома.
Атлас вырулил обратно в жилые кварталы Нордсайда. Город проплывал за окном как размытый, серый акварельный кошмар. Ржавые пожарные лестницы, похожие на скелеты давно повешенных людей; граффити, кричащие чужими, навсегда умолкшими голосами; и вездесущие, слепые глаза выбитых окон, невидяще следящие за тобой в спину.
В заброшенной котельной их уже ждали. Миа, прислонившись к стене с видом скучающего, но неумолимого стратега, и Куки, сияющий как новогодняя елка. Перед ним на верстаке лежала аккуратная, соблазнительная стопка налички, пахнущая свободой и тюрьмой одновременно.
— Йо-йо-йо, ребзя! Гляньте, какая сочная зелень! — Форман с упоением подбрасывал в воздух пачки налички.
— Это нал, Джейсон. Грязный. Его еще надо отмыть, — сестрица, как и всегда, не добавляла оптимизма.
— Что у нас? — Атлас обратился к ним, умолчав о сгоревшей котельной. Форман свою часть работы сделал. Теперь очередь Мии.
— Две партии: на мелкий опт и на розницу, — она толкнула ногой поношенную спортивную сумку. — Все расфасовано, упаковано, готово к распространению.
Идеально. С мелким оптом разберется Куки и его паутина уличных торговцев. С розницей — уже их, более грязная и рискованная работа.
— Это стоило мне целой рабочей смены, — сухо, с вызовом, уточнила сестра, глядя на Атласа.
— Ты серьезно? — он не поверил своим ушам. В горле встал ком возмущения. — Ты же добровольно отказалась от доли…
— От доли в сбыте, да. Но я не работаю бесплатно, — Миа скрестила руки на груди. — Мой труд стоит пятнадцать долларов в час. Плюс пять в час — надбавка за срочность и вредные, — она покосилась на Джейсона, — почти невыносимые условия труда.
— Мистер Форман, — цинично, сквозь стиснутые зубы, выдавил Атлас. — Расплатитесь, пожалуйста, с фасовщицей по тарифу. И добавьте двадцатку за... спецзаказ.
Миа терпеливо ждала, пока Форман, с гримасой разочарования, отсчитывал ее гонорар. Медленно. Театрально. Каждая купюра падала на ее раскрытую ладонь с тихим, влажным шлепком, словно фишка в игре на повышение.
— Кстати, о спецзаказе, — получив деньги, она аккуратно затолкала их в нагрудный карман джинсовки, когда-то бывшей Атласовой, а до того — Ашеровой. Фамильная броня, принимающая любую валюту.
Тонкие латексные перчатки сестра не снимала. Профессиональная деформация или защита — от товара, от следов, от самой себя.
— Розница. Точная копия упаковки крупного поставщика.
— Крупного? — Атлас взял один из пакетиков. Крошечный, безликий. Ничего особенного. Просто пыль, несущая смерть.
— Главного, — поправила Миа, и ее взгляд скользнул к Форману, ища в нем подтверждение.
— Зеленые Змеи, — мрачно, почти благоговейно, пояснил тот. — Опасные ребята. Очень. С ними даже Бешеные стараются не перетирать без босса. Там отбитый народ.
— Именно, — подтвердила Миа, возвращая взгляд Атласу. — Если на улице вас возьмут с их товаром, есть призрачный шанс, что прикормленные копы решат не лезть на рожон и не станут копать глубже.