Представьте себе его удивление, когда ему довелось пронаблюдать движение гигантской колонны переселенцев в сторону одного из горных переходов. Тем более, что её сопровождал крупный отряд галльской кавалерии (около 5 000 человек)
Правда, последний факт был для него скорее неприятен, так как фактически запрещал нападение на колонну, а кроме того – делал оное в несколько раз опаснее, ибо его кавалерия была значительно хуже по качеству и гораздо меньшая в численности.
Так что, как бы ему не хотелось напасть на столь заманчивую цель (60 000 потенциальных рабов, на минуточку), ему пришлось отказаться от этой идеи, ограничившись наблюдением за ситуацией.
Тем более, что очень скоро до него дошло, что волны переселенцев ослабляют военную мощь оставшихся племён, вследствие чего падёт и мощь их сопротивления, а раз так, то ему это небольшое переселение только на пользу.
Впрочем, как оказалось, колонна была далеко не одна – всего их было порядка 4, и каждое из них имело разный размер. В сумме же Артём получил от племён астуров, кантабров, вардулов, аутригонов и каристиев порядка 100 000 человек. Если что, это примерно 30-40% местного населения.
В любом случае, этих переселенцев поселили на территории герцогства Аквитания, и на этом, пожалуй, можно закрыть историю иберских переселений в Галлию при Артёме, ибо больше оттуда поселенцев практически не поступало.
Наконец, последний из независимых, назовём их так, источников – Британия. Да-да, Британия стала второй по численности группой переселенцев из «независимых источников» после германцев.
Среди переселенцев – паризии (да-да, это британские родственники тех самых, что обитали на территории современного Парижа), атребаты (родственники атребатов из Белгики), кантиаки, тринованты, ицены, катувеллауны, добунны, дуротриги, думноны, белги, силуры, деметы, ордовики, корновии и коританы.
В общем-то, в переселении приняли участие все племена Англии. Сумма, кстати, была ими собрана весьма внушительная – 600 000 человек. Вместе со всеми остальными поселенцами получается, что Артём приобрёл 1 500 000 поселенцев. Пожалуй, весьма приятное восполнение утраченного в ходе военных действий населения (приблизительная оценка потерь – 300 000 человек).
Впрочем, то было лишь закуской перед главным блюдом. Как и в прошлый раз, основным источником всех поселенцев всё ещё оставалась Римская республика и её клиентские государства. Проблема была в том, что Рим весьма неоднозначно оценил подобного рода действия со стороны галлов.
С одной стороны, костяком всех этих толп переселенцев всегда были бедные слои населения Римской республики, всегда пагубно влиявших на общественный порядок. Очевидно, Римская республика была, так или иначе, благодарна за избавление от «лишних» людей, баламутивших народ.
С другой стороны, среди переселенцев были и не только они. Среди их числа были и привлечённые специалисты, всегда игравшие важную роль в провинциях. Очевидно, это было не столь болезненно для Рима с его-то населением в области 30-40 миллионов человек, и всё же весьма и весьма неприятно, скажем так.
В любом случае, ни о каких дальнейших «переселениях» населения Римской Республики на территорию Галлии не могло быть и речи, так как Галлия в восприятии Рима была крайне агрессивным государством, мощным и опасным, должным быть уничтоженным на благо римских квиритов.
Разумеется, в таком случае было совершенно невозможно для римлян допустить дальнейшее усиление Галльской Империи, а следовательно – для римлян было совершенно невозможно допустить дальнейшие переселения. По крайней мере, крупные и организованные. Тем более, что это также, как уже упоминалось ранее, ослабляло и сам Рим.
Впрочем, Артём не успокоился. Как многие уже могли догадаться, Артём любил получать желаемое, а также обладал достаточной волей и решительностью, чтобы приводить в исполнение даже самые дерзкие планы, направленные на получение желаемого.
Так, Артём потратил порядка года на то, чтобы достичь с римлянами определённых договорённостей в этой области. Предоставив римлянам весьма значительные привилегии, щедро одарив самых разных римских политиков и умело сыграв на политических настроениях в самом Риме, а также заключив с Республикой ряд соглашений по поводу определения границы, он всё же добиться своего.
Собственно, самое важное для него соглашение дозволяло ему развернуть деятельность по привлечению весьма определённых групп населения, причём под тщательным присмотром римских наместников, обладавших правом наложения вето на данную деятельность, если они подозревали, что подобная деятельность наносит Республике явный вред или представляет для неё опасность.