В случае провала атаки лёгкая пехота при содействии кавалерии прикрывает организованный отход колонны. В общем-то, это была прекрасная тактика, учитывающая сильные и слабые стороны армии Помпея.
Кроме того, Помпей отлично проработал стратегию обороны против галлов, собираясь принять их на своей территории и, таким образом, рассчитывая навязать врагу битву на его условиях.
Иными словами, Помпей отлично исполнил возложенные на него обязательства, и даже не будь у него артиллерии, будьте уверены, у него бы всё получилось.
К сожалению или нет, подвела его вовсе не артиллерия, а собственные сограждане. Очевидно, римляне не желали и слушать о том, чтобы ждать противника на своей территории, не говоря уже об осуществлении задуманной Помпеем тактики выжженной земли.
Против этого были все – и знатные римские граждане, не желающие терпеть разграбления своих обширных земельных владений в Цизальпинской Галлии, и легионеры-ветераны, которым ещё Цезарь обещал землю в Цизальпинской Галлии по окончании службы. Было против и население
Цизальпинской Галлии, не желающее терпеть подобного насилия над собой. Был против даже обычно безвольный римский плебс, голосующий за того, кто миску подаст.
Разумеется, против была и казна, не особенно понимающая, откуда ей брать деньги на выплату жалования всем этим ордам вольноотпущенников, люмпенов, неграждан и прочей грязи.
Таким образом, Помпея буквально принудили к тому, чтобы сделать ровно обратное от того, что он задумывал изначально – его принудили к нападению, хотя планировал он обороняться.
Обороняться там, где была для того благоприятная местность, заранее подготовленные фортификации. В конце концов, Помпей отлично изучил местность Цизальпинской Галлии, и потому не шибко горел желанием отказываться от всех этих удобств в пользу бездумного нападения на врага.
Как и всегда, политика вставила своё слово, обернувшееся для римлян катастрофой. Впрочем, сначала всё было вполне неплохо – пока римляне не застряли между десятков мелких кирпичных крепостей, каждую из которых необходимо было захватить, чтобы не оставлять за собой отлично подготовленный отряд врага, готовый работать по его коммуникациям.
Не поняв произошедшего, Артём целый день уделил проверке сведений о нападении римлян. Он не ожидал подобного, и вообще готовился к вторжению на территорию Цизальпинской Галлии, ожидая от римлян любой подлости – от провокации восстания в Британии до организации вторжения германцев из-за Рейна.
Тем не менее, как оказалось, Помпей действительно совершил просто чудовищную с его стороны стратегическую ошибку. Он не просто напал на врага на его территории, но и сразу же застрял среди фортификаций, отдав, тем самым, всю инициативу врагу.
Естественно, Артём не мог не воспользоваться этим фактом. Оставив в крепостях весьма значительные гарнизоны и оставив небольшой резерв из отрядов милиции, чтобы поддерживать их, он погрузил остальную часть армии на корабли и, не тратя времени на горные переходы, высадился в Генуе.
Если что, Помпей, не будь дураком, даже и не стал пытаться штурмовать и уж тем более осаждать серьёзно укреплённые пограничные крепости, перекрывающие все горные переходы в Галльскую Империю, ибо это в условиях отсутствия артиллерии могло затянуться на целые годы.
Таким образом, он вынужден был попытаться штурмом перейти менее укреплённую Ривьеру, потому что или через узкую прибрежную полосу, или через горы – по-другому из Италии в Галлию просто не попасть.
Ну, конечно же, есть ещё путь по морю, но он по понятным причинам недоступен – Римская Республика просто не располагает столь же мощным флотом, чтобы что-то противопоставить Галлии на море.
В отличие от самого Артёма…
Глава 58. Лучший из миров
… Ave, Caesar, morituri te salutant! …
Как не трудно догадаться, Артём, установивший полное превосходство на море, не стеснял себя в любых грязных приёмах, в том числе и тех, что предусматривали употребление флота.
Понимая это, а также то, что враг фактически совершил самоубийство данным ходом, он стал решительным в своих следующих действиях.
Во-первых, он значительно усилил гарнизоны крепостей за счёт отрядов военной милиции, а также оставил небольшой, но мобильный резерв, готовый помочь любой из осаждённых крепостей.
Во-вторых, он консолидировал свои силы в Тулоне, где успешно погрузил своё остальное войско на корабли и, предвкушая уже вкус победы, высадился с войсками в Генуе, которую тут же захватил.