Оставив за собой лишь небольшой отряд, необходимый для удержания Генуи под контролем, Артём выдвинулся к Помпею. Последний, к слову, не сразу понял, что вражеская армия уже успела оказаться у него в тылу.
Разумеется, это означало, что теперь он полностью отрезан от Италии, и ему, чтобы спасти своих солдат, остаётся теперь только одно – попытаться прорваться через силы Артёма.
В случае успеха прорыва он вполне мог рассчитывать на то, что сумеет окружить и сокрушить армию Галльской Империи. Учитывая его двукратное превосходство в силе, он полагал, что это у него более чем удастся.
Впрочем, на этот раз он недооценил не только сухопутную артиллерию Артёма, но и морскую, а также местность. Так уж получилось, что флот Артёма, обладающий значительным числом пушек, имел возможность оказать Артёму непосредственную военную поддержку, так как последний находился, как и Помпей, на очень узком отрезке суши, который флот мог успешно обстреливать, встав якорем.
Кроме того, местность, а если быть точнее, то сам факт того, что она была ограничена очень узкой прибрежной полосой, упирающейся в горы на севере и в море на юге, как ни странно, очень сильно влиял на условия сражения.
В столь узком пространстве у Помпея не было возможности применить своё действительно огромное численное преимущество. Более того, в столь узком пространстве он не мог применить и свою кавалерию, хотя касалось это и Артёма.
Причём касалось сильнее, потому что его кавалерия как раз таки была равна по численности кавалерии Помпея, будучи при этом немного более качественной и удобной в применении.
Хотя, конечно же, самым важным для Артёма было то, что его артиллерийский кулак был размещён на стратегической высоте, обозревающей всё будущее поле сражения.
Впрочем, это и частично обесценило его старания по обеспечению её манёвренности, так как теперь пушки будут неподвижно стоять на протяжении практически всего сражения, которое, на минуточку, решит судьбу всей Ойкумены.
В любом случае, 29 мая 52 г. до н.э., или же 29 мая 10 г. христианской эры, состоялось главное сражение между Галльской Империей и Римской Республикой, претендующее на роль переломного в истории.
Итак, Галльская Империя располагала 240 000 солдат регулярной армии, 200 000 солдат военной милиции и 40 000 кавалерии. Всего – 480 000 солдат.
Кроме этого, в распоряжении Артёма были 40-к 12-фунтовых и 120-ть 6-фунтовых пушек, а также 24-е 24-фунтовых осадных орудия. Кроме них – 412-ть 24-фунтовых пушек, готовых в любой момент помочь с моря.
Римская Республика располагала 760 000 пехотинцев, 40 000 кавалеристов и ни одной пушкой. Как вы понимаете, выставлять 0 пушек против 596 в сумме – очень плохая идея, когда вы пытаетесь копировать военную доктрину человека, который сделал основную ставку именно на орудия.
Хотя, конечно, понятно, что Помпей мог и не знать об очередной военной реформе в Галльской Империи, по итогам которой армия последней обзавелась артиллерией, флотом, отлаженным тыловым обеспечением и другими очень полезными вещами.
Он то, разумеется, рассматривал в качестве образца галльскую армию периода Галльских войн, ибо она сумела блестяще разгромить всех своих противников по очереди, не имея при этом никакой артиллерии.
Помпей, однако же, не учёл, что это – уже часть прошлого, причём довольно-таки давнего, ибо с момента завершения Галльской войны прошло уже 10 лет. В общем, типичная проблема копирования чужого опыта.
Хотя, в любом случае, нам пора уже перейти к диспозиции сил.
Итак, своё войско Артём распределил следующим образом:
Центр – 120 000 солдат военной милиции. Правый фланг – 80 000 солдат регулярной армии. Левый фланг – 120 000 солдат регулярной армии и локальный резерв атаки в 40 000 солдат военной милиции, 40 000 кавалерии и 20 000 солдат регулярной армии.
Ну и, собственно, непосредственно общий резерв – 40 000 солдат военной милиции и 20 000 солдат регулярной армии. То есть, всего 60 000 солдат.
Кроме того, усилия практически всей артиллерии, будь то сухопутной или морской, также были направлены на артиллерийскую подготовку позиций правого фланга Помпея (напротив него был левый фланг Артёма).
В общем-то, Артём сделал понятную ставку на левый фланг. Вообще, он очень любил косой боевой порядок, а левый фланг вообще всегда был его любимчиком, а тут ещё и все обстоятельства в его пользу складываются, так как правый фланг противника значительно более уязвим для обстрела морской артиллерией. Так что да, в его выборе главного направления удара нет ничего удивительного.
Собственно, как нет ничего удивительного и в том, что Помпей не стал давать Артёму лишнее время на подготовку к обороне, которую он от него ожидал по вполне понятным стратегическим причинам, большинство из которых, впрочем, связаны с трудностями снабжения столь массивного войска на столь узком операционном пространстве.