Артём, естественно, сомневался в том, что у Помпея действительно были достаточно качественные стрелки, умеющие вести бой в рассыпном строю. И, как ни странно, он оказался прав.
Как оказалось, подготовка помпеевских егерей была недостаточна, а их стрелковые навыки, ограниченные многочисленными проблемами, особенно в области снабжения порохом.
Так, например, располагаемый Помпеем порох был весьма низкого качества. Кроме того, солдаты Помпея не имели такое важное при стрельбе преимущество, как заранее подготовленный бумажный патрон. Каждый раз им приходилось отсыпать порох из порохового рога на полку на глаз, что, в свою очередь, также вредило прицельной стрельбе.
Кроме того, у них были легко ломающиеся деревянные шомполы, так как возможности оснастить 800 000 солдат в течение года металлическими, более прочными по вполне понятным причинам, не было и быть не могло в принципе.
Да и, в целом, из-за проблем со снабжением пороха тренировок стрельбы у егерей Помпея было не так много, вследствие чего их навыки оставляли желать лучшего, хотя они, конечно же, были лучше, чем у их коллег из линейной пехоты.
Вследствие этого, а также многих других мелких факторов, егери Помпея оказались неспособны противостоять даже обычным солдатам Артёма. Хотя тут, конечно же, гораздо большую роль сыграло то, что егери Помпея были оснащены гладкоствольными ружьями Модеста, представлявшими собой образец, весьма похожий на Браун Бесс, британский военный мушкет.
Впрочем, похожим он на неё был только потому, что мушкет Модеста был практически полной копией уже устаревшего к тому моменту мушкета Бригитты (Тани), который, в свою очередь, был полной копией британской Браун Бесс.
К слову, устаревшим этот мушкет был потому, что уже к 53 г. до н.э. он был полностью заменён. Заменён на… магазинную винтовку с продольно-скользящим затвором. Да, пока римляне вводили в оборот гладкоствольные ружья, Артём уже ввёл в оборот магазинные винтовки с продольно-скользящим затвором.
Он бы, наверное, и располагаемые им гладкоствольные пушки заменил на нарезные, да времени не хватило – к текущему моменту в армию поступило лишь несколько их экспериментальных образцов.
К слову, сама винтовка была создана явно на манер винтовки Маузера образца 98-го года, хотя и те свойства, благодаря которым прославилась последняя, были значительно менее выражены у винтовки Антиноя.
Впрочем, теперь вам, пожалуй, понятна причина, почему Артём был так уверен, когда перебрасывал силы врагу в тыл, хотя вполне мог ограничиться позиционной войной около крепостей и всё равно выиграть, сыграв свою главную карту – экономическое превосходство.
Тем не менее, полагаю, всё же стоит вернуться к нашим солдатикам, а не то они обидятся, оставленные без внимания…
Глава 59. Республика мертва! Да здравствует Империя!
… Ubi concordia, ibi victoria …
Собственно, как бы то ни было печально, задумка Помпея была обречена на провал с самого начала.
Егери то, конечно, сопротивлялись некоторое время, однако солдаты Артёма, засевшие в окопах с новыми нарезными винтовками, к несчастью для их семей, имели слишком значительное преимущество над атакующими их егерями.
В дальности, в точности, в кучности, в надёжности, в скорострельности, даже в чёртовом порохе – дымный порох у егерей Помпея против бездымного пороха у солдат Артёма.
Разумеется, в стрелковой дуэли егери Помпея безнадёжно проиграли, не сумев выиграть необходимое время. Напротив, огонь артёмовских стрелков был столь безжалостно эффективен, что привёл егерей в шок и заставил дрогнуть, а на правом фланге Помпея, где их ещё и обстреливала вся мощь 596 пушек, и вовсе бежать.
Как ни странно, вслед за ними, несмотря на любые увещевания и угрозы офицеров, уже дрогнувшие егери Помпея центра и левого фланга и вовсе пустились в столь же безнадёжное паническое бегство.
Устроив настоящий беспорядок и хаос при своём отступлении, они привели первую линию батальонных колонн в полное замешательство и смешение. Этим, разумеется, воспользовался Артём, приказавший наступать всеми силами.
Разумеется, весьма немногочисленные центр и правый фланг Артёма, при всём уважении к их военному мастерству, как и ожидалось, не сумели смять порядки гораздо более многочисленной помпеевской линейной пехоты.
Тем не менее, чтобы удержать их ряды от столь же панического бегства, Помпею пришлось не только лично возглавить их, но и ввести часть резерва. Это было, пожалуй, его главной ошибкой в этой конкретной битве.