– Эм… да, конечно! Я отвечу на любой ваш вопрос, достопочтимый судья! – наконец-то, он сделал свой ход!
– Итак, господин Мандубракий, извольте я задам вам один вопрос – как вы сумели выжить? Конечно, не хочу обидеть ваше достоинство, но у меня есть большие сомнения по поводу вашей текущей физической подготовки. Буду честным – в данный момент вас бы и червяк прикончил. Так как же тогда, будьте добры говорить правду и только правду, вы выжили, если вас хотела убить столь выносливая рабыня? Не буду лукавить – я крайне сомневаюсь в том, что вы бы сумели выжить в прямом противостоянии со столь сильной женщиной, – и, разумеется, каждое его слово разило так, будто стрела, пущенная мастером стрельбы из лука. Каждое его слово рождало всё новые сомнения в системе аргументации Эпоредорикса, каждое его слово было будто гвоздём в крышку гроба.
– Так и есть, достопочтенный судья. Будь это прямое столкновение, моё слабое тело, истощённое во время моего пребывания в царстве снов, вряд ли бы смогло выстоять перед натиском этой рабыни. Однако, к моему счастью, я не был обречён на прямое столкновение. Дело обстояло так – я проснулся в своей кровати, встал, немного размялся, но почувствовал лёгкую слабость и решил снова лечь в кровать. Вдруг я услышал, как из коридора доносились едва слышимые звуки шагов рабыни. В тот момент меня это очень удивило, так как мне было совершенно непонятна цель, которую преследовал человек, пытающийся скрыть свои шаги. Тогда я даже не подозревал о том, что меня хотят убить, поэтому я без особой опаски решил пронаблюдать за тем, куда же этот человек направится. Недолго думая, я накинул на себя шерстяной плед и притворился спящим, а после принялся смотреть на дверной проём через крохотную щель. Через некоторое время шаги стали громче и я понял, что вот-вот увижу этого странного человека, однако он не прошёл по коридору дальше, как я ожидал, а зашёл в мою комнату. Тогда-то я и увидел эту рабыню, держащую в своих руках клинок. Я очень испугался, увидев, как она замахивается им над моим телом, но смог взять себя в руки. Действуя не по велению разума, а по велению своих инстинктов, я кинул в неё пледом и закричал, что есть мочи. Некоторое время она боролась с пледом, пытаясь выпутаться из него, так что у меня было время для того, чтобы выбежать из комнаты. Выбежав из неё, я захлопнул дверь за собой, после чего побежал со всех ног в сторону выхода. Мне противно это говорить, но я… спасся бегством… – однако, к удивлению самого вергобрета (то есть, верховного судьи племени), Мандубракий, вопреки слухам о его глупости, бездарности и импульсивности, оказался каким-никаким актёром. История, придуманная им, казалась более-менее целостной и непротиворечивой…
Глава 8. И мы в нём лишь актёры!
– Полагаю, мой племянник более чем удовлетворил ваше любопытство, досточтимый судья? – естественно, Эпоредорикс был, разумеется, более чем доволен тем, что его дорогой племяш Мандубракий таки не растерялся, и ответил на вопрос вергобрета без единой запинки. Ну и, конечно же, он не мог не воспользоваться этим, чтобы сместить тему обсуждения в плоскость, где он был наиболее подготовлен.
– Полагаю, что так… – однако не этого ответа ожидал вергобрет Валетиак, задавая его. Однако Артём всё же более чем успешно ответил на поставленный ему вопрос, поэтому с его стороны было бы большой ошибкой продолжить задавать ему подобные «неудобные» вопросы, так как это могло бы породить сомнения в его беспристрастности, что, в свою очередь, могло привести к различным неприятностям. Собственно, это понимал и сам вергобрет, так что нет ничего удивительного в том, что он решил тактично уступить инициативу Эпоредориксу.
– Благодарю! Итак, теперь я бы хотел показать вам кое-что ещё более устрашающее… – взволновав публику интригой, Эпоредорикс, не медля ни секунды, призвал своих помощников, дабы они предоставили на обозрение публике ряд документов. В основном, это были записки из бухгалтерии Кельтилла (напоминаю, он также являлся далеко не бедным человеком и у него, естественно, была собственная бухгалтерия). Что было действительно интересным, так это то, что часть представленных документов были подлинными – их Эпоредориксу предоставил подкупленный им массалийский грек, прежде бывший у Кельтилла на службе в качестве эдакого главбуха. Вероятно, причиной измены грека также послужил тот факт, что Кельтилл совсем недавно уволил его (ну, если быть точнее, то грек сбежал, узнав о том, что его работодатель прознал о его тёмных делишках, осознавая наиболее вероятные последствия) в связи с махинациями, которые были обнаружены при более детальной проверке сторонним «специалистом»…