Поняв, что что-либо говорить суровым римлянам, приверженцам старых римских идеалов, об элегантности и разнообразии названий – пустая трата его драгоценного времени, он просто стал закрывать на это глаза.
Тем более, что второе условие они формально выполнили, а церкви, в том числе и крепости-монастыри, служащие инструментом контроля местности, строили везде, где только можно и нельзя.
Да и не до них ему было, потому что его жена, его любимая Скрибония, ожидала с месяца на месяц появления уже третьего их совместного ребёнка и, похоже, очередную дочь, если верить «предсказаниям» местных шаманов-жуликов на кофейной гуще.
Впрочем, возвращаясь к нашим двум любителям гонять индейцев по тропическим джунглям, необходимо отметить, что они таки соединились, причём очень забавным образом.
Публий организовывал очередную колонию, на этот раз «Колонию Мандубракию Ветеранскую Антиохийскую» (Colonia Mandubracia Veteranorum Antiochia), на месте современного мексиканского города Тустла-Гутьеррес, и, как ни странно, на него наткнулся заплутавший в джунглях Гней.
Пытаясь друг друга настигнуть на протяжении целого месяца, они покорили с десяток племён и поработили десятки тысяч людей, но сумели найти друг друга по чистой случайности. Ну, что же, бывает. Благо, что они всё-таки соединились, в конце-то концов.
Впрочем, к тому моменту экспедиция Публия была обособлена от экспедиции Гнея в отдельную кампанию, а его полномочия существенно расширили.
Так, отказавшись от наместничества в Колонии Корнелии Капитолине, Публий сумел при поддержке своего «отчима» заполучить статус руководителя экспедиции, имеющего право на часть военной добычи и пожизненное губернаторство по окончанию завоевания заявленного им к покорению региона.
Собственно, он получил тот же статус, что и его отец. Только Гней, в отличие от Публия, собственную экспедицию уже завершил, покорив Юкатан и получив его себе в пожизненное губернаторство, вместе с достойной пенсией, значительным земельным наделом и, как ни странно, властью.
Так что, лично передав Публию часть своих войск во исполнение последней директивы вице-короля Индий, Гней всё же вынужден был остаться на территории Юкатана, чтобы управлять своим губернаторством на благо Императора и своего кармана (впрочем, не то чтобы одно другому мешало).
Ну, а Публий, располагая теперь силами в 10 000 человек и ожидая подкрепление ещё в 6 000 человек и 12 пушек, готовился к завоеванию северных регионов…
Глава 63. Жадность - мать жестокости
… Crudelitatis mater avaritia est …
Получив подкрепления 18 января 50 г. до нашей эры, Публий, располагая теперь весьма значительным войском в 16 000 солдат и 24 пушки, был более чем способен приступить к колонизации северных регионов Мексики.
Единственное его препятствие, коренное население региона, как ни странно, препятствием было весьма условным. Как-никак, это противостояние каменного века против века машин. То есть, Публий просто занимался избиением младенцев.
Хотя, конечно же, индейцы порой наносили ему чувствительные потери, так как его солдаты, защищённые лишь униформой изо льна, были буквально беззащитны перед дротиками и иными метательными снарядами врага
В связи с этим обстоятельством, к слову, организовали производство металлических кирас и шлемов для нужд армии, так как с подобной же проблемой столкнулась и континентальная армия.
Впрочем, полагаю, дело тут, скорее всего, в том, что Публий вёл не совсем «справедливую» политику по отношению к индейцам, результатом которой стало их чрезвычайно агрессивное и враждебное отношение к европейцам.
В любом случае, даже несмотря на весьма чувствительные потери, которые наносили солдатам Публия некоторые племена, обладающие значительным опытом засад, сама его армия без проблем захватывала область за областью.
И да, как не трудно догадаться, те племена, что были достаточно безумны, чтобы напасть на солдат Артёма, уничтожались подчистую. Племена же, что подчинились власти Императора добровольно, не причиняя вреда его представителям в лице солдат и их офицеров, получали значительно более «милосердное» отношение.
Если быть точнее, то их не брали в рабство, их не грабили в открытую, буквально средь бела дня, их не принуждали к переселению в другие области, а самым лояльным даже даровали гражданские права и ограниченное самоуправление.
Впрочем, это не означает, что всё у них было хорошо. Так, практически вся общинная земля у индейцев экспроприировалась в пользу государственного фонда земли, из которого, к слову, и выдавалась колонистам земля.