– Как думаешь, надолго это? – внезапно женщина задала своему супругу вопрос, ответ на который она уже знала.
– Не знаю, Танюша, не знаю. Я надеюсь на лучшее, но, скорее всего, даже наши внуки не видят конца этому… – будто захлёбываясь в собственных эмоциях, Артём едва выговорил эти слова, давшиеся ему столь тяжело, и больше не говорил – между Таней и Артёмом будто бы возник барьер, и они чувствовали, что не могут говорить друг с другом. Камень на их душе был слишком велик, и они, будто Сизиф, не могли превозмочь его – да и, по сути, не старались, так что каждый из них просто погрузился в свои думы.
Так, собственно, и прошло всё оставшееся до посадки время – в гробовой тишине, пускай сам аэропорт и полнился самыми разными людьми, и в нём было так шумно, будто бы они попали на детскую вечеринку в торгово-развлекательном центре.
Разумеется, когда пришло время, их тихо и мирно посадили. Как обычно, в салоне нашёлся один маленький упырь, начавший визжать. Естественно, места у них были в конце ряда, из-за чего приходилось постоянно продираться сквозь тучи сонных ног каждый раз, как кому-нибудь нужно было в туалет.
К счастью, путь был не столь далёкий – всего 5 часов, чтобы долететь из Москвы в Ош. Ну и, конечно же, не обошлось без просмотра какого-нибудь отвратительного или попросту скучного фильма, который им пришлось смотреть, ведь они, несмотря на уже имеющийся опыт путешествий по воздуху, забыли свои беруши и маску для сна, ведь собирались в спешке – боялись, что опоздают на рейс. Да-да, они были из числа тех, кто купил билеты на вылет в тот же день. То есть, у них просто не было времени для подготовки…
Впрочем, какое это имеет значение, если произошло непоправимое? Знаете, есть один интересный факт – говорят, что количество обычных авиарейсов, приходящихся на всего одну авиакатастрофу, составляет порядка 23 миллионов рейсов в случае с западными странами и 11 миллионов в среднем по миру. То есть, человеку понадобится порядка 25 тысяч лет, чтобы умереть на авиарейсе, если всё, что он будет делать – это постоянно летать самыми разными рейсами, ну, или порядка 50 тысяч лет в случае самых развитых стран. Мне, пожалуй, нечего добавить по этому поводу, но, полагаю, Артём и Таня оспорили бы это утверждение, воспользовавшись своим личным опытом… если бы могли, конечно.
– *Шипение огня* – оклемавшись от аварии, приключившейся с устаревшим боингом, Артём попытался встать, однако лишь обнаружил, что у него в боку торчит кусок металла.
– Т-т-таня..? – естественно, он уже порядком истёк кровью, да и черепно-мозговая травма давала о себе знать, так что он не сразу этого понял, но ему оторвало ногу… буквальн. Он продолжал истекать кровью, находясь на границе между жизнью и смертью, в то время как наступала ночь – и, уж будьте уверены, в пустынных землях Казахстана очень холодно по ночам. В общем-то, скорее всего Артём не выживет, даже если ему прямо сейчас окажутся всю необходимую медицинскую помощь. Впрочем, никто ему и не помог – в конце концов, он ведь оказался посреди огромного пустыря, кто бы ему здесь помог? Так что последним, что увидел Артём перед последним, окончательным сном – это как его супруга, Таня, пыталась с перебитым позвоночником добраться до своего мужа, чтобы спасти его, ну или хотя бы попрощаться напоследок, однако всё, что она смогла – беспомощно закатив глаза заплакать, будучи не в силах даже дёрнуться.
Собственно, так и закончился земной путь этих двух балбесов, желавших себе и своим будущим детям лучшей жизни. К сожалению, на этом их страдания не закончились, ведь им предстояла судьба, которой никому нельзя пожелать – им предстояло переродиться в жестоком, глухом к мольбам, мире – Античной эпохе. Причём не в семье какого-нибудь римского патриция, разбогатевшего на незаконном присвоении общинных земель и ростовщичества или чего-нибудь подобного, хотя и не в семье какого-нибудь раба – нет, им была уготована судьба кельтских предводителей в самую суровую для кельтов эпоху – эпоху римского вторжения в Галлию…
Глава 2. Приложил так приложил!
Но, к счастью или нет, всё было не так уж плохо для наших героев…
– Ух, где я? – только что проснувшийся, Артём не понимал, что происходит. Он помнил, как промёрз до инея холодной казахстанской ночью, как его сознание постепенно утекало, прямо вместе с кровью, предательски быстро покидавшей его пределы, а потом – ничего… лишь пустота, и ничего больше.