– Разумеется, мои дорогие друзья! Прошу, располагайтесь в доме! Надеюсь, вас не затруднит моя скромная просьба поучаствовать сегодня в нашем празднике по поводу вашего приезда? – так что, как не трудно догадаться, всё это было не более чем красивым спектаклем. Обе стороны имели свои собственные цели и мотивы, и держались друг друга лишь потому, что этого требовала объективная необходимость.
– Конечно же! Мы бы ни за что не посмели оскорбить вас своим отсутствием на столь важном празднике! – естественно, вся эта грязная ложь и лицемерие не могли не расстроить «благородного» Артёма. Едва он закончил с принятием гостей на правах представителя своего отца, как тут же сбежал оттуда куда-нибудь подальше. Вот так вот, собственно, он и очутился у небольшого пруда, который он совсем недавно заприметил на одной из своих прогулок. Впрочем, к своему удивлению он обнаружил, что там уже расположилась прекрасная барышня, которую Артём. По всей видимости, она и была той самой дочерью Дивико, главы наиболее знатного и влиятельного секванского рода. По крайней мере, всё указывало именно на это…
– Привет! Меня зовут Мандубракий, сын Битуита, а тебя как? – естественно, Артём это заподозрил практически сразу же, потому что она была ему совершенно незнакомым человеком, в то время как он мог поклясться, что за последнюю неделю с лишним запомнил имя каждого знатного человека в городе. Чего он не понял, так это причины, по которой в составе делегации оказалось всего одна единственная представительница прекрасного пола, да ещё и молодая, красивая девушка. Ну, что же – тупость всегда сопровождала мужчин в подобных вопросах…
– И тебе привет, Мандубракий… – к сожалению, на его лучезарную улыбку и приветствие девушка отреагировала крайне вяло, даже не удосужившись представиться. Впрочем, именно тогда-то Артём и заметил, что девушка была в подавленном настроении. Он и сам, увидев грусть на лице столь прекрасной девушки, загрустил – как ни странно, это зрелище показалось ему крайне печальным.
– Чего же ты грустишь? Неужели кто-то обидел тебя? – и, естественно, он тут же попытался исправить это удручающее положение дел. Начав, разумеется, с расспросов, будто бы девушке было только их и не хватало для полного счастья.
– Да так! Подумаешь, меня всего-то собираются выдать сегодня замуж за какого-то неотёсанного мальчишку из твоего племени. Как ты мог заметить, я очень «рада» подобному повороту дел! – собственно, было вполне ожидаемо, что девушке не очень-то и понравится, что очередной безымянный парень, постоянно залипающий на её пышные формы (ай-ай-яй, Артём!), начнёт допытываться до неё, мешая её рефлексии в тихом уголке. Впрочем, она хотя бы оживилась. Хотя, я сильно сомневаюсь, что целью Артёма было превратить опечаленную девушку в плюющуюся кислотой змею.
– Извини, если чем-то обидел тебя. Я действительно хотел помочь, но раз уж моё присутствие неприятно тебе, то я, пожалуй, пойду дальше по своим делам, – так что нет ничего удивительного в том, что Артём, оскорблённый, уже хотел уходить.
– Если ты действительно хочешь помочь мне, то, во-первых, перестань сверлить моих «девочек» своим взглядом, больной извращенец! Во-вторых, свали в туман! – впрочем, это не сильно спасло его от дальнейших прилюдных унижений. Убедившись лишний раз в своём желании поскорее свалить от этой чванливой дуры, Артём, плюнув на неё про себя, лишь бросил ей своё последнее слово, которое предназначалось лишь для него – по замыслу, его никто, кроме самого Артёма, не должен был понять:
– «Ой, да пошла ты!» – разумеется, не позволив себе оскорбить знатную даму на уже «родном» галльском, понимая, что его за это по головке не погладят, он, впрочем, не отказал себе в удовольствии послать её на три известные буквы, но уже на русском – шифр же, как-никак! Всегда ведь можно сказать, что это был комплимент, а ты попробуй потом, докажи обратное!
– Что-что? Погоди! Повтори-ка! – впрочем, вместо положенного недоумения и раздражения из-за непонимания речи собеседника, девушка оказалась потрясена до глубины души. Совершенно не думая о возможных последствиях, она моментально совершила молниеносный манёвр своей заколкой, приставив её к горлу Артёма. Одно лишнее движение, и вполне вероятно, что он на своей шкуре испытает, что такое 28 ножевых ранений…
– Ты что творишь, дурная?! Отпусти! – возможно, вы подумали, что это должно было успокоить нашего буйного мальчика, но вы, увы, слишком наивны – как и у любого типичного жителя современности, у него было совершенно атрофировано чувство опасности – он недооценивал любую угрозу и очень часто не понимал всю рискованность предпринимаемых им действий. Так что, разумеется, он попытался выбраться из захвата, но, к его же счастью, он ничего не смог сделать со своей хиленькой тушкой. Наоборот, захват стал только надёжнее и сильнее, а угроза становилась тем более явной, что шпилька упиралась в его упругую и нежную кожу с всё большим приложением силы из секунды в секунду.