– … – ну и, к слову, девушка, наконец-то, замолчала, причём непонятно – то ли от шока при виде того, как хозяина всего скорёжило в неестественную позу, то ли от его крика, предвещавшего избиение. Вдруг живая девушка, совсем недавно искрившаяся жизнеутверждающим оптимизмом, превратился в скульптуру – она стянулась чуть ли не в калачик и вела себя исключительно тихо, и моментально побледнела, будто уже неживая.
– *Тяжёлое прерывистое дыхание*… пожалуйста… – так и не сумев вымолвить хотя бы двух слов, «господин» совершенно внезапно отрубился. Вероятно, это так реагировало его новое тело на новую душонку, хотя и утверждать наверняка нельзя.
–*Резкий, пронзительный крик* – юная девушка, увидев подобную картину, естественно, сразу же закричала, глаза заслезились, и всё же она взяла себя в руки – внезапно прервав свой ритуал нытья, она вскочила и побежала в сторону знахаря, оставшегося в доме по соседству на время лечения Мандубракия…
К слову, к тому моменту, когда она выбежала из комнаты, их громкий разговор уже привлёк чьё-то внимание, так что прямо на входе её словил охранник, выдав девке смачную оплеуху по замаслившейся роже. Ну, хоть копьём не полоснул, уже хорошо.
– Что ты тут делаешь?! – закричал девушке охранник, поваливший её своим мощным ударом кулаком. Разумеется, не без причины – он слышал ругань, звуки глухих ударов, а потом крик. Явное дело, что что-то недоброе задумала деваха! Ну и, разумеется, так как сразу же подоспела и вся остальная охрана, окончательно повязавшая девушку, то ему открылась возможность осмотреть комнату получше. Видели бы вы его лицо, когда он увидал отрубившегося в неестественной позе Артёма, у которого ещё и пенкой шла слюна изо рта – оно в секунду налилось кровью. Разумеется, охранник, разъярённый увиденным, с такой силой начал выбивать дурь из Мокк, что у неё харя моментально превратилась в кровавое месиво – губы лопнули, нос искосился, были видны множественные гематомы. Впрочем, его вовремя остановили сослуживцы, ка бы он не убил хозяйскую собственность, тем паче, что им ещё надо её допросить о том, что же она сделала с юным сыном вождя, и по чьему наущению.
… Спустя несколько дней, когда Артём снова очухался …
– Чёрт возьми… ощущение такое, будто бы меня вдесятером избивали… – естественно, после нескольких дней отключки тело Мандубракия, то есть, Артёма, сильно затекло, так что ощущения были соответствующие, а тут ещё и резкая активизация мышечной деятельности… в общем-то, Артём уже весьма неплохо описал это ощущение. Впрочем, вряд ли бы он сказал что-то подобное, если бы знал, как сильно издевались над Мокк в это время – в один момент её буквально пинали вдесятером мужчины, пытаясь выбить нужные показания.
– Ох, кто у нас тут проснулся! Да это же мой племяш! Ну что как самочувствие? – с издёвкой обратился к Мандубракию, по всей видимости, один из его дядей. Эх, если бы Артём только мог вспомнить, как его зовут, но, увы, он только что узнал своё имя, что уж там говорить про родственников третьей очереди… ну и, наконец, вряд ли он хотел повторить свой недавний опыт «принятия» опыта и воспоминаний предыдущего владельца этого тельца.
– Здравствуйте, дорогой дядя. Что привело вас сюда? Неужели беспокойство за моё здоровье? Если так, то примите мою благодарность за беспокойство, – естественно, Артём, ничего не понимавший в текущей ситуации, попытался ответить в условно доброжелательной форме, считая, что это будет наиболее оптимальным решением.
– Ох, неужели? – впрочем, по-видимому, это не особенно сильно помогло, потому что «дядя» в ответ на это лишь нахмурился.
– Извините? – чего, естественно, Артём совершенно не ожидал, так как рассчитывал на успех применённого им приёма.
– Да так… вижу, ты и вправду изменился, племяш. Раньше бы ты, наверное, выдал что-нибудь из разряда «вали отсюда, мерзкий старик», но, по всей видимости, твой длительный «сон» весьма положительно сказался на твоих манерах – небось, сам Эзус тебе помог освоить сие ремесло, пока ты находился в его распоряжении… – собственно, теперь Артёму стала понятна и сама причина подобного поведения. По всей видимости, предыдущий владелец тела и вправду был тем ещё куском дерьма, и людей явно настораживало то, как Артём себя вёл в их присутствии. Вероятно, они ожидали чего-то вроде «Эй ты, кусок дерьма», а не «Примите мою благодарность за беспокойство», но, увы, им придётся привыкнуть к новому внутреннему обличью Мандубракия…