– О, благороднейший из патриархов! Воистину, ваше благородство не знает границ! – так что нет ничего удивительного в том, что они решили подыграть их владыке.
– Не стоит – я действительно не заслуживаю ваших похвал! – осталось понять лишь одно – а понимает ли сам Артём, что они раскрыли его ложь? Хотелось бы верить, что да, но кто его знает, верно?
– Как пожелаете, господин, – пускай и нехотя, льстецы всё же остановились.
– В любом случае, нам необходимо приготовиться. Поручаю вам проследить за подготовкой лагеря и обустройством местности, – возвращаясь к походу, необходимо отметить, что его войско наконец-то достигло нужной позиции. Им оставалось лишь провести незначительные подготовительные работы, прежде чем они смогли бы быть уверенными, что они полностью готовы к столкновению. В частности, им стоило бы укрепить их небольшой естественный бруствер. Например, им стоило бы расширить проход, устилать пол досками, немного увеличить высоту насыпи – чтобы стрельбу было удобнее вести. Кроме того, им стоило бы создать точно такой же бруствер и с правой стороны, чтобы повысить плотность огня. Более того, им заранее необходимо было позаботиться о том, как они собираются перекрыть врагу дорогу к отступлению. Разумеется, это был далёко не тривиальный вопрос – необходимо было заранее подготовить мусор, а также способ мгновенно сплавить его в нужное место, причём так, чтобы он не сплыл вниз.
– Полагаю, привлекать настоящих «воинов» к занятиям «крестьянским» мне запрещено? – не без иронии спросил один из главных помощников Артёма.
– Как показала практика, подобное не отражается благополучно на душевном спокойствии наших дорогих воинов. От этого они становятся более склонными к разврату с женщинами, пьяным дебошам и прочим проявлениям неразумного поведения. В связи с этим, я разрешаю привлекать к данным работам исключительно лагерных слуг – и дай им знать, что укрепительные работы стоят в первой очереди, а лагерь – во второй. Если откажутся – обещай премию в половину от их дневного жалования. На большее не соглашайся, и если всё же случится, что и в этом случае они откажутся – привлеки солдат к решению данного… «вопроса». Надеюсь, вы меня поняли, потому что я не повторяюсь дважды, – всем этим, разумеется, предстояло озаботиться дорогим господам нонкомбатантам, нанятым для помощи со всеми этими делами. Почему? Ну, потому, что военным контингентам Артёма надоело заниматься различным «крестьянским» трудом – они считали это крайне унизительным и недостойным воина, в связи с чем, собственно, и отказывались от подобной работы, причём даже за повышенное жалование и различные иные надбавки. Что забавно, считали это унизительным даже свободные землепашцы, которые, собственно, всю жизнь и занимались разве что тем, что усердно копали землю. Впрочем, объяснение этому, конечно же, есть – они потому и были свободными, что были свободны. Как не трудно догадаться, представлялось почти невозможным заставить свободных людей, присоединившихся к походу на добровольной основе, заниматься работой землекопа. Тут, конечно же, вступают в силу нюансы той клятвы, которую они дали своему царю, Артёму. Говоря формально, они были обязаны явиться к нему в своём лучшем вооружении для обороны земли от различного рода вторженцев. Не сложно заметить, что здесь нет и слова о том, что они были обязаны явиться к нему с лучшим своим оружием, чтобы участвовать в его личных военных мероприятиях, и уж тем более нет и речи о том, что они обязаны были участвовать в его походах за пределы их страны. Что же касается тех, кто был на прямой, личной службе у Артёма, то всё тут немного проще – все условия их военной службы были чётко и давно прописаны, и любая попытка принудить их к подобным работам трактовалась бы как прямое, явное и вопиющее нарушение заключённого между ними письменного договора. Как не трудно догадаться, из этого прямо следует тот факт, что другая сторона, то есть, состоящие у Артёма на службе клиенты, могут в одностороннем порядке разорвать заключённую между ними договорённость в клочья, после чего развернуться и свалить в закат. Собственно, именно поэтому их и не принуждали к подобным работам. Тем паче, что в этом не было абсолютно никакого смысла – они были гораздо полезнее в качестве мобильного дозора, способного отразить первую атаку вражеского авангарда.