Да, разумеется, у них кольчужная рубаха ещё не обросла штанами (причём они стали частью рубахи, слившись с ней) и рукавами (варежки у этих ребят так и не появились), не появилась полная сегментная защита ног и рук (надевалась поверх кольчуги и крепилась посредством шнурков или кожаных ремней), не появилось ещё пластин на туловище.
Тем не менее, представленная рота уже могла считаться тяжёлой кавалерией (не всем же походить на позднеримских клибанариев, круче которых были разве что латные танки самого излёта рыцарской эпохи).
Собственно, это и был её своеобразный «подарок» ему (главное, чтобы Артём не узнал о цене подобного «подарка»). Не считая остальных 5 батальонов (2 необходимо было оставить в стране для защиты её рубежей от потенциального вторжения), тоже весьма представительных (вот ей бы ещё несколько годиков дали, чтобы она конкретно их так намуштровала, и был бы вообще шик), разумеется.
Впрочем, если вы думаете, что на 500 тяжёлых всадниках и 2 500 лёгкой кавалерии кончались подготовленные Таней солдаты, то вы глубоко ошибаетесь – она также подготовила 3 000 пехотинцев. Не смотрите, что они вооружены только парой дротиков, копьём, щитом, да шлемом и стёганкой – это всё ещё хорошая пехота, универсальная в своём применении.
Ну и, разумеется, понимая всю важность стрелков, Таня набрала 2 000 лучников из числа горцев-охотников (набирать лучников из кого-либо ещё не было никакого смысла, так как только охотники могли похвастаться умением стрельбы из лука).
Таким образом, подкрепления, приготовленные Таней для Артёма, были в совокупности больше, чем всё его войско в самом начале похода – 8 000 против 6 200.
Учитывая текущую ситуацию Артёма с потерями, ему бы очень пригодилось подобное подкрепление. Тем более, что в данный момент это подкрепление было в два раза крупнее его текущего контингента.
Если бы до него добралось хотя бы 7 000 из них, то его войско составило бы 11 000 человек – почти в три раза больше, чем у него есть сейчас.
Располагая подобной силой, он мог бы надеяться на успешную осаду столицы сегусиавов. Тем паче, что Таня также подготовила необходимый обоз с продовольствием, которого хватило бы на два или даже три месяца осады.
В общем, всё было у Тани прекрасно, всё было у неё на подхвате (в частности, она сильно укрепила положение Артёма в стране, заключив политический консенсус с друидами, тем самым отказавшись от политики принуждения их силой к «правильному» мнению и выплатив оставшимся друидам хорошую компенсацию).
Вот так Таня, собственно, и провела прошедший месяц – постепенно реализуя реформы, очерченные ещё Артёмом, а также укрепляя своё и своего избранника политическое положение (примирившись с друидами и заключив с ними политическое соглашение, она смогла воспользоваться их авторитетом и влиянием для проведения идеологической обработки населения). Не считая самостоятельного проведения «военной реформы», естественно.
Наконец, к ней была доставлена депеша. Прочитав её, она немедленно распорядилась о возвращении большей части располагаемых ею сил в столицу.
Спустя пару дней, когда её распоряжение было наконец-то выполнено в полном объёме, а обоз был полностью подготовлен к выходу в путь, она приказала войску выдвинуться для соединения с Артёмом.
Не без проблем логистического характера, конечно, это поручение всё же было приведено в исполнение, вследствие чего войско форсированным маршем двинулось в сторону горного перехода.
Войску потребовалась всего неделя форсированного марша, чтобы, незначительно оторвавшись от обоза, наконец-то оказаться на другом конце горного перехода, которым некоторое время назад воспользовался Артём…
… Тем временем, Артём …
Собственно, а Артём уже давно, хоть и не без труда, закончил расчистку завала, после чего принялся за два самых весёлых в этом мире занятия – насилие и грабёж!
Сегусиавы, не верившие в победу арвернов и оттого не подготовившиеся к внезапному вторжению врага, оказались лёгкой добычей для него – он буквально ураганом прошёлся по всему правому берегу Роны.
Сжигая целые поселения, уводя бесчисленное количество мужей, жён, стариков и даже детей в рабство, а порой и просто устраивая в их отношении самые жестокие и кровавые издевательства, расправы и гнуснейшие из возможных поступков, которые и в голове-то не укладываются без складывания разума набекрень, он добился успеха психологической войне.
Итак обеспокоенные слухами о поражении своих воинов, они окончательно сломались в тот момент, когда увидели, что Артём, по всей видимости с крайним задором и хохотом, сотворил с правым берегом – он буквально утопил его в крови. Отряд лёгкой кавалерии, отправленный для рекогносцировки на другую стороны Роны, всюду видел лишь разруху и выжженные земли.