Деревня, точно так же, как и город, является организованным поселением, на территории которого одновременно и постоянно проживает определённое число людей, поэтому в дальнейшем будет указывать лишь необходимая численность для достижения иного, более высокого статуса.
Малая деревня – не более 300 человек, средняя – более 300 человек, и, наконец, крупная деревня – более 1 000 человек. Деревня, очевидно, точно также имела свои особые статусы, как правило, идентичные тем, что могли быть у города, например, статус пограничного поселения, который давал жителям населённого пункта не только ряд ограничений, но и ряд очень существенных бонусов.
Впрочем, переходя к следующему уровню устройства, необходимо отметить, что уже здесь начинаются различия между деревней и городом, которые, к слову, склоняли деревню к получению городского статуса.
Итак, как ни странно, все деревни и города входят в состав районов, либо сами представляют собой район (это верно в случае самых крупных городов). Район управляется, как ни странно, районной администрацией, во главе которой стоит глава района.
Административным центром подобных районов, следуя определённому рациональному замыслу, становились самые крупные населённые пункты, географическое местоположение которых позволяло разместить в них районную администрацию.
Районы, в свою очередь, входят в состав земель, либо сами ею и являются в случае самых-самых крупных городов (первым подобным станет в ближайшем будущем Лион) или государственной столицы (в данном случае речь идёт о Немессе).
Земли, в свою очередь, образуют страну (важное уточнение – не страна создаёт земли, а земли создают страну, то есть, юридически речь идёт не о подчинении, а о договоре), во главе которой стоит монарх (в нашем случае – Артём). Они, как ни странно, управляются земельным правительством, во главе которого стоит премьер-министр.
Разумеется, монарх лишь формально управляет страной, удовлетворяясь назначением правительства по рекомендациям парламента, хотя обладает практически неограниченной властью – для этого он обладает экстраординарными полномочиями на случай «общественной опасности».
Бунт, мятеж, революция, война, волнения, да и вообще всё, что только может прийти в голову (специфика самого определения позволяет признать причиной «общественной опасности» буквально всё, что угодно) – всё это законный повод для монарха взять на себя экстраординарные полномочия и навести в стране порядок, так сказать. Конечно же, только в том случае, если самодержец того сам захочет (Артём вот захотел по вполне понятным причинам).
Хотя, конечно, парламент, как высший законодательный орган, может не согласиться с подобным решением (другое дело, что не захочет, раз уж он полностью зачищен от любых неугодных элементов и всецело одобряет политику монарха) и тогда наступит политический кризис, но кому это интересно, верно?
В любом случае, краткий экскурс в административное устройство царства Артёма (помните, что на страну сегусиавов также распространяются все преобразования Артёма, хотя формально оно и не является частью Царства арвернов) закончен, и пора бы переходить уже непосредственно к военной реформе.
Во-первых, в стране арвернов и стране сегусиавов были введены, в качестве замены прежнему ополчению (которое с этих пор признаётся незаконным военным формированием, члены которого подлежат суду в военном трибунале, как военные преступники), регулярная армия и милиция.
Регулярная армия, как ни странно, формировалась на основании двух взаимодополняющих форм комплектования.
Первая – система комплектования из добровольцев, осуществляющих службу на основании договора (касается, в основном, иностранцев, важных специалистов, а также ветеранов).
Вторая – система комплектования на основании воинского учёта. Как ни странно, воинскому учёту подлежали все мужчины (в данном случае имеется в виду биологический пол человека) в возрасте от 20 до 35 лет, то есть, без разделения на классы или сословия. Разумеется, однако, был ряд нюансов.
Во-первых, как ни странно, важные специалисты не подлежали воинскому призыву (может показаться, что это какая-то мелочь, но в действительности подобное исключение крайне важно, потому что без него ущерб экономике от подобного «призыва» будет ощутимо больше).
Во-вторых, что не удивительно, иностранцы и девушки (за исключением ряда специалистов, подлежащих обязательному призыву вне зависимости от своего возраста или пола) призыву не подлежали (у девушек в военной системе была немного другая «роль» – надо же кому-то работать на полях, да снабжать армию нужным «мясом»).