Андрей перевёл взгляд на Эльзу и заметил в её глазах усмешку. Если она и заметила, что он пьян, то не подала виду.
– Он очень устал, – махнул рукой Андрей, скрещивая ноги и усаживаясь на тёплый песок по левую руку от Эльзы и по правую от Софьи. Девочка вручила ему длинную палку и протянула пакет с…marshmallow.
– Он устал плавать?
– Да нет, просто устал. Сегодня у него выходной и рано утром он прилетел в гости к другу. То есть ко мне.
– На самолёте?
– Да.
– А я никогда не летала на самолёте.
– Обязательно полетишь. Я в детстве тоже не летал на самолётах. Зато много катался на велосипеде.
Он насадил на «шампур» два липких куска и принялся жарить.
– А мой велосипед сломался, – девочка подпёрла голову кулачком. – Слетела цепь.
Это шанс, – подумал он и посмотрел на женщину.
– Я могу посмотреть. Если вы не против. Например, завтра.
– Мама, пожалуйста.
Андрей мысленно поблагодарил Софию за поддержку.
– Не хотелось бы вас обременять, – не слишком уверенно ответила Эльза. Огонь отбрасывал на её задумчивое лицо заковыристые тени.
– Это не вы просите, а я хочу помочь, – сказал он.
– Спасибо.
Повисла пауза. Он не чувствовал обычной в такой ситуации неловкости. Все трое смотрели на угасающий костёр. Женщина бросила в него новую порцию дров, и в небо взметнулся небольшой сноп искр. Огонь жадно облизал преподношение.
– Я думал на пляже нельзя разводить костры? – вдруг сказал он.
– Вы правы. В гостевой книге написано про это.
– Вы осилили её? – с деланным удивлением спросил он, чем вызвал приятную улыбку на её губах.
– Фёдор Степанович разрешил. С условием, что мы уберём за собой. Скидаем золу в мусорное ведро и разравняем песок.
Жареный зефир по вкусу напоминал горячую жвачку. Он вытер губы и набрал в кулак горсть песка. Тонкая струйка просачивалась сквозь щели и разносилась по ветру.
– Да, песок здесь отличный. – Он глянул на девочку, – Софья, а ты знала, что есть кварцевый песок и, сдаётся мне, мы сейчас сидим на таком.
– Откуда вы знаете?
– Прочитал в энциклопедии. Ты умеешь читать?
– Да!
– Софья, ну зачем так кричать.
– Я не кричу, мама. Я громко разговариваю.
– И какая у тебя любимая книга? – поинтересовался он. И не ради того, чтобы через дочь найти путь к сердцу матери, а потому что ему действительно было интересно.
Девочка задумалась и бросила на маму спасительный взгляд.
– Выкручивайся сама, – мягко сказала Эльза.
– Может Корней Чуковский или Самуил Маршак? – пришёл на помощь ребёнку Андрей. – Или что там сейчас читают современные дети? Астред Линдгрен. Николай Носов. Джоан Роулинг. Владислав Крапивин. Энид Блайтон. Сергей Михалков. Агния Барто. Нет?
– Вы неплохо осведомлены о детских писателях, – отметила Эльза.
– Щенячий патруль! – воскликнула девочка.
Пришла очередь Андрея смотреть на маму ребёнка.
– Не слышал о такой книге.
– Это не книга, а мультфильм. В каждой серии щенки кого-то спасают. Ещё есть ежемесячный журнал.
– А, комиксы.
– Не только комиксы. Ещё задания, раскраски и постеры.
– Что-то отстал я от жизни. Зато я знаю, что такое Лунтик.
Софья потёрла глаза и зевнула.
– Мне нравится Лунтик, – сказала она. – И Барбоскины. И Свинка Пеппа. А ещё…ещё…
– Ну, погоди?
– …ещё Маша и Медведь.
– Как безнадёжно я отстал от современной детской культуры, – вздохнул он. – Надо бы наверстать.
– Вам понравится. Это добрые мультфильмы.
Он подумал, что пора переходить в наступление и спросил:
– Давно вы здесь отдыхаете?
– Три недели.
– Вам здесь нравится?
– Ещё как. Мы редко выезжаем за пределы кемпинга и каждый наш день похож на предыдущий. Завтрак, игры, задания. Обед, купание. Полдник, игры. Ужин и книга перед сном. Сегодня вместо книги пикник у костра.
– Хороший список мероприятий.
– Это вы так шутите?
– Ни капли.
– А вы? – спросила Эльза, поправляя волосы. От этого жеста у него на мгновение застыло сердце. – Не страшно жить одному в таком большом доме?
– Хотел задать вам тот же вопрос.
– Я уже ничего не боюсь.
Он не понял, что значит эта загадочная, сказанная с нарочитой гордостью фраза.
– Ваша семья приедет позднее? – она взглянула на его правую руку, пытаясь отыскать кольцо на безымянном пальце.
– У меня нет семьи, – коротко сказал он.
– Нет?