– Надо звонить Денису. Он у них заводила.
Старик продиктовал цифры. После шестого гудка на звонок ответил сонный голос.
– Алло…
– Денис?
– Кто это? Позвоните позже…
– Прежде чем ты бросишь трубку, я скажу, что ты здорово попал, приятель.
– Пугаешь меня?! Кто ты?!
– Твой новый кошмар, – лучшей фразы в запасе не нашлось. – Андрей. Вчера тусил с вами в бунгало.
– Зачем звонишь? Как узнал мой номер?
– Давно видел Олесю? Она обокрала меня. Взяла то, что ей не принадлежит. Подсыпала в пиво какую-то отраву и, пока я был в отключке, обчистила меня. Ты понимаешь, о чём я толкую? Эта девка ограбила меня! А я ещё хотел вызвать ей такси.
– Я-то тут при чём? Да я её вчера чуть ли не первый раз видел. Не надо меня впутывать.
– Она возвращалась назад, после того как мы ушли за мазью?
– Не впутывай меня!
– Бросишь трубку, и я затаскаю тебя по судам.
– Сука! – ругательство было высказано, скорее, на ситуацию, чем в адрес Андрея.
– Мне повторить вопрос?
– Нет, она написала Светке, что уехала домой на такси. Мы ещё гадали, получилось ли у неё затащить тебя в койку. Она же того, с приветом. Мужики от неё шарахаются.
– Знаешь, где она живёт?
– Да откуда? Светка должна знать. Всё, мужик, я отключаюсь. Ты сам пригласил её домой. Не звони мне больше, – он оборвал связь.
Андрей не стал перезванивать.
– Звоним? – Фёдор слышал весь разговор.
– Нет. Придётся навестить нашу воровку. Звонки лишь растормошат этот улей.
– Под суд себя подвести хочешь?
– Просто поговорю.
– Я поеду с тобой.
– Как же твои обязанности? – Андрей судорожно решал, хорошее это предложение, или его стоит отклонить. Оба без особых эпитетов перешли на «ты».
– Моя обязанность помочь тебе, – старик испустил тяжёлый вздох. – Или остановить.
– Разумно, – произнёс он после некоторых раздумий. Ему не очень хотелось впутывать старика в то, во что могла вылиться его затея. – Говори адрес.
Фёдор замахал руками.
– Не надо такси. Поедем на моей машине. – В его руках мелькнула ксерокопия паспорта обидчицы Андрея. Улица Тисовая, дом девятнадцать, квартира восемь.
Гараж-ракушка прятался в дебрях дикого винограда недалеко от поленницы. Внутри алюминиевой конструкции хранились обветшалые Жигули. Краска на «четвёрке» слоилась, пороги поедала коррозия. По капоту и крыше разбрызганы бурые капли ржавчины. Левое зеркало держалось на куске изоленты. Лючок бензобака отсутствовал. Брюзжащий мотор доживал последние километры.
Андрей запер ворота за выехавшим автомобилем. С опаской осмотрел откровенную рухлядь.
– Она не подведёт, – сказал Фёдор, будто прочитав его мысли. – Садись.
Так Андрей и сделал, прыгнув на переднее сиденье. Потянулся к расхлябанному ремню безопасности.
– Ремень не работает, – предупредил старик.
«А тормоза?» – чуть не сорвалось с языка. Спросил он другое:
– Ты знаешь куда ехать?
– Район шлакоблочных хибар и криминальных новостей.
– Похоже на правду. – Он вспомнил её слова про соцнайм.
– Если не будем нарушать правила, доберёмся на место через сорок минут.
Привыкнув к московским расстояниям, Андрей заранее настроился на долгую поездку.
– Близко, – он во всём старался искать маленькие радости.
– Почти пригород, – подметил старик.
– Тебя не хватятся?
– Кто и зачем? – только и спросил он.
Руки старика крепко сжимали тонкий обруч руля. Тянувшиеся вдоль неровной дороги поля подсолнухов сливались в бесконечное, убегающее за горизонт жёлтое пятно. Дождя не было уже неделю. Они гнали с максимально разрешённой скоростью, оставляя за собой шлейф поднятой пыли.
В багажнике болталось ведро с болтами. По крайней мере, так казалось Андрею. В салоне стоял запах бензина. Поддай старик газу, и все четыре колеса непременно разом отвалятся на полном ходу. Ходячая консервная банка выдаст сноп искр, свалится в ближайший овраг, и они расшибутся в лепёшку. Так закончится бесславная жизнь православного атеиста Андрея Крапивина.
– Эльза и Софья одни во всём кемпинге, – он отгонял от себя навязчивые мысли о неминуемой аварии. В животе урчало от голода. Тело натянуто как струна. – Случись что, им некому будет помочь.
– Кнопка экстренной помощи не зря так называется. Не волнуйся, им ничего не угрожает. К тому же, у неё есть телефон. Ты слишком зациклен на неприятностях.