– Он так хотел этот треклятый компьютер! Чтобы быть не хуже других.
– А тут подвернулся я. И в сумочке случайно оказалась таблетка клофелина.
– Ты богатый. Я подумала, от тебя не убудет.
От удивления Андрей чуть не подавился коктейлем.
– Давно не слышал ничего глупее! День рождения брата не повод идти на преступление. Замечу – спланированное. С чего ты взяла, что я богатый? Может быть, мой работодатель оплатил мне отпуск, а ноутбук я взял в кредит?
Олеся издала звук, выражавший полное отчаяние.
– Клофелин я получаю по рецепту. Помогает снизить давление.
– В твоём-то возрасте?
Она не удосужилась ответить на пытливый вопрос.
– Как мне загладить вину?
– Поверни время вспять.
Оба смотрели в окно, где Кирилл (в одной из рук он держал эскимо) гонял откормленных туристами голубей. Сизые птицы лениво порхали мягкими крыльями, уворачиваясь от надвигающихся колёс детского кресла.
– Пенсия по потери кормильца и пенсия по инвалидности?
– Отец тратит всё на выпивку.
– Ты не пробовала обращаться в суд? Лишить отца прав. Сделать себя опекуном брата?
– У меня нет на это денег. Адвокаты стоят дорого.
– Мир не без добрых людей. При желании всю информацию можно найти в интернете. Значит, ты не сильно хотела. Думаю, тебе просто жалко отца.
– Может ты и прав. Я жду, когда он сам умрёт. Жить с ним невыносимо.
– У каждого свои слабости. Я не оправдываю пьянство и всё же, он дал тебе жизнь. Имей уважение. И никому, никому и никогда не желай смерти! Где ты спрятала мои часы?
– Дома. Под половицей.
– Деньги оставь себе, а часы верни. Это подарок покойной жены.
– Твоя жена умерла?
– С тобой я это обсуждать не буду, – он заметил нотки металла в своём голосе. – Через сколько заканчивается твоя смена?
– В семь я буду свободна.
– Мы как раз успеем пообедать.
– Ты не будешь заявлять в полицию?
– Если пообещаешь никогда больше подобным не заниматься. Хотя твоим словам веры нет. Чем ты думала? Ведь в кемпинге есть твой адрес! До пяти лет лишения свободы, между прочим. Кто тогда позаботился о твоём беспомощном брате? Воспитатели детского дома? Твой поступок даже глупостью нельзя назвать!
– Я обещаю.
– Поклянись жизнью брата.
– Клянусь жизнью своего брата Кирилла, что больше не украду ни одной чужой вещи.
– Хочется верить. – Андрей барабанил пальцами по столу. – Прежде чем твой брат вернётся, а ты уйдёшь обслуживать клиентов на своём участке ресторана, я кое-что скажу, Олеся. – Он склонился над столом. – Бери брата и уезжай из этого города как можно быстрее. Неважно куда. Там, в этом вашем клоповнике ему не выжить. На отца не смотри. Ты за него не отвечаешь. Он взрослый человек, не надо снимать с него ответственности. Его путь – это только его путь. Не твой и не Кирилла. У твоего брата чистая душа. Не испачкай её. Оформи на него опекунство. Потрать на консультации толкового юриста деньги, которые украла у меня. Смени работу. Смени город. Да, будет тяжело. Да, не будет хватать денег. Никто и не обещал, что будет легко. Зато через несколько лет упорного труда всё наладится. Выйдешь замуж, станешь мамой. А Кирилл пусть получит профессию, связанную с творчеством или компьютерными технологиями.
Он откинулся на спинку стула, испытывая опустошающую радость.
– Какого…! – он жевал во рту кончик соломинки. – Буду переводить тебе десять тысяч рублей в месяц. Ровно год. На Кирилла, – уточнил он. – Еда, интернет. Смотри сама.
Девушка не ожидала это услышать.
– Зачем ты помогаешь нам?
– Затем, что должен.
– Почему?
– Не спрашивай, – сказал он, и добавил несколько несвязанных слов. – Знаки. Тонкая материя. Мои призраки не дадут мне покоя, если я поступлю иначе.
– Я сейчас! – она выскочила из-за стола и засеменила к двери с надписью: «Только для персонала».
Фёдор привлёк его внимание, размахивая за окном руками. Андрей поднял вверх руку с растопыренными пальцами: Пять минут.
Официант в два захода принёс готовые блюда. Говяжий рулет Андрея запёкся как надо.
Олеся вернулась к столу уже спокойным шагом. Положила на хлопчатобумажную скатерть флэшку, размером с фалангу мизинца.
– Я хотела отослать её почтой. Адрес посмотрела в паспорте, пока ты…спал. Раз так всё обернулось, вот. До рассвета скачивала на неё все твои документы. Семьдесят три гигабайта.
Андрей взвесил на ладони невесомый накопитель. История многих лет его цифровой биографии умещалась в миниатюрном куске пластика.