Он приподнялся на локтях и в тусклом свете затянутой тучами луны едва разглядел торчащий из него кусок балюстрады. Выше колена нога успела безнадёжно онеметь.
Сквозь неистовое завывание ветра он смог услышать в опасной близости от себя приглушённое бормотание. Взрыв гнева придал решимости. Он ухватился за край щепы и, не раздумывая вытащил её из бедра. Из открытой раны полилась тёплая кровь.
Силы покидали измученное тело. Он крепче сжал деревянный нож, представляя, как раз за разом будет всаживать острие, пока не выпустит из мерзавца все внутренности.
Приближая момент расплаты, он полз по сырому, успевшему превратиться в сплошную грязь, пляжу. Видел очертания фигуры сквозь пелену ливня.
– Мои деньги, – слышались хриплые возгласы. – Мои!
Враг был уже близко. Распухшее от ударов лицо исказилось злостью. Ярость затмила боль. Это ещё не конец.
На том свете деньги тебе не понадобятся, подумал он, занося карающую руку для удара справедливости.
Ты не убийца.
Он надругался над Эльзой! И сделал с Софьей что-то страшное!
Не уподобляйся ему!
Заканчивай этот миролюбивый трёп, парень! Мужчина это воин и должен быть готов убить или погибнуть, если враг окажется расторопнее.
Мозолистые руки сдавили горло.
– Отдай мои деньги!
Андрей захрипел, кадык ходил вверх-вниз, деревянное остриё вонзилось в песок. Глотая ртом недосягаемый воздух, он навалился на насильника. Если он окажется снизу, ему конец. Лоб упёрся в нос соперника. Хруста не было слышно, но Счастливчик вскрикнул. Хватка ослабла, что позволило глотнуть воздуха.
– Верни мои деньги!
Кулак Андрея просквозил в миллиметре от носа Счастливчика. Силы растаяли, потеряв равновесие, он приземлился на песок. Насильник уползал под веранду. Деньги, о которых он беспрестанно повторял, были ему важнее, чем Андрей, что полз за ним на четвереньках, не желая упускать из виду. Мокрая одежда сковывала движения. Он ставил свою жизнь против жизни насильника.
– Ты заплатишь! – кричал он в темноту. – Заплатишь за то, что сделал!
Увесистый свёрток угодил ему в голову.
– Мне хватит и половины, – изрёк Счастливчик слова, которые ни за что не произнёс бы в других обстоятельствах. Держась за подпорки, удерживающие веранду, он поднялся, прижимая к себе вторую инкассаторскую сумку. Монетка подвела его. Жертвуя часть добычи, он надеялся задобрить нечистые силы, исправить безнадёжность положения. С простреленной ногой он не одолеет подъём на холм. Море, вот единственный способ остаться на свободе. Солёная вода заживляет раны. Он спрячется в море. Вода не оставляет следов.
– Я не вернусь в тюрьму, – обращаясь к небесам, сказал он. – Слышишь? Я не вернусь туда!
«Ты не вернёшься в тюрьму», вторил ему голос из глубин наркотического сознания. «Я защищу тебя».
– Оно защитит меня!
Не в силах подняться, Андрей беспомощно наблюдал за разворачивающейся перед ним мизансценой. Безумство происходящего привносило в атмосферу элемент мистицизма. Продолжая разговаривать с небесами, Счастливчик пересёк пляж, подволакивая ногу. Ветер срывал с губ неразборчивые фразы. Перешёпот ангельских голосов, раздающихся в его голове, повелевал не останавливаться. Море расступилось, оголяя первозданную бездну, проход в царство Эдема, на другом конце которого Фортуна уже скидывала с себя прозрачный хитон.
Со свойственной ему настойчивостью, шагал он по дну Моря, а затем сиганул в сладкие недра, безумно хохоча.
Перед тем, как Счастливчика поглотила ледяная вода, он скрылся из поля зрения Андрея в безысходно зияющей темноте.
– Неисповедимы пути твои, – произнёс Андрей.
Рука невольно коснулась брошенной извергом сумки. Он пытливо заглянул внутрь, ожидая увидеть внутри отрезанные головы или другие части человеческих тел. Находка поставила его перед непростым выбором.
Он нашёл Эльзу в спальне, сидящей на кровати в обнимку с Софьей. Не видел ничего трогательнее. Хвала богам, они обе живы. Он присел рядом, грязный и окровавленный. Не посмел прикоснуться к ней, боясь запачкать простыню, которой она прикрыла наготу. На щеке Эльзы красовался огромный синяк.
– Родная, как ты?
Она не сразу поняла кто перед ней. Заплаканные глаза смотрели сквозь него.
– Андрей?! Что с тобой?!