– От группы поклонниц. Хочешь почитать?
– Нет!
– Съешь блинчик, малыш, успокойся.
– Я всё поняла. Ты хочешь откормить меня, потому что я худая.
– В каком это месте ты худая?
– Сейчас я укушу тебя за нос!
Он достал из конверта исписанный чёрными чернилами единственный лист бумаги.
– Её зовут Олеся. Летом, до того, как мы с тобой стали встречаться, у нас с ней вышла одна история.
– Ты с ней спал?
– Что? Нет! Господи, милая, не пугай меня. Я помог ей советом. К её чести она им в полной мере воспользовалась. Пишет, что переехала с братом в другой город, нашла работу, и что ей оказывает знаки внимания симпатичный молодой человек.
– Почему она делится с тобой такими вещами?
– Ничего зазорного, родная. За ужином расскажу тебе полную версию событий.
– На ужин я приготовлю творожную запеканку с абрикосовым соусом, – сказала Эльза, смягчаясь. – Как продвигаются поиски?
– Ты о…?
– Да.
– Адреса вдов погибших инкассаторов в наличии. Через неделю отправлюсь в путь.
– Будь осторожен. Мы не знаем, как они отнесутся к твоему подарку.
– Подарок, обёрнутый горем, – пробубнил он. – На три миллиона особо не разгуляешься.
– Это большие деньги.
– Может быть.
Семьям инкассаторов предназначались девять миллионов рублей. Три миллиона отложено Михаилу на покупку квартиры в Смоленске. Столько же полагалось Фёдору. После увольнения он вернулся к дочери в Пермь. Деньги послужат для него неплохим подспорьем. Двенадцать миллионов приготовлены для анонимного перечисления через кипрский офшор в четыре фонда по борьбе с раком и насилием в семье. Всего двадцать семь миллионов из тридцати двух сохранённых. Пять миллионов они оставили себе, да простит их тот, кто должен прощать. Остальные шесть с половиной миллионов размякли от влаги, либо были порваны настолько, что не подлежали восстановлению или обмену. Он уничтожил их ещё на побережье после того как ограбление перестало быть свежей новостью, а тело утопленника и первую инкассаторскую сумку нашли недалеко от прибрежных скал. Все посчитали, что вторую сумку тоже унесло течением.
Неделя после ограбления выдалась сумбурной. Посещение травмпунктов перемежалось с допросами в полиции, обыски стали обыденностью. Деньги он зарыл под верандой. А после воссоединения с Эльзой, закопал в чаще за бунгало. Дождь разровнял вскопанную землю, уничтожив все следы. Полиции он сказал, что плохо видел подбитым глазом, а соображал ещё хуже, но вроде бы грабитель унёс оба мешка. За точность воспоминаний он не ручается, после сотрясения мозга с памятью творилось, не пойми что.
Раздать деньги было их обоюдным с Эльзой решением. Скажи она нет, и он встал бы перед сложной дилеммой. На его счастье ему попалась понимающая женщина. Она не осуждала, не сыпала нравоучениями, не испугалась, что их посадят в тюрьму, а подтолкнула к идее разделить деньги, которая и так созревала в нём.
В середине июля он досрочно покинул кемпинг, получив заверения в возврате неосвоенной предоплаты. Погостил в Екатеринбурге, потом вернулся в Москву для продажи квартиры. Перевозить семью туда, где недавно делил ложе с погибшей женой крайне неэтично. Вырученных средств и остатков страховки хватило на симпатичный коттедж в Новой Москве, на втором этаже которого он незамедлительно устроил себе кабинет с библиотекой.
Единственным гостем на бракосочетании был Дик. Эльзе он понравился. Подпись, кольца, поцелуй. Ничего лишнего.
Эльза коснулась кончика его носа.
– О чём задумался, милый?
– О втором законе термодинамики.
– Ух ты.
– Понимаешь, раньше я верил, что вселенная хаотична. Что балом правит Его Величество Случай, плетущий беспорядочные узоры на холсте наших жизней.
– А сейчас ты веришь, что система упорядочена?
Он посмотрел на неё, как будто видел впервые.
– Моя жена чёртов гений!
– Не выражайся, пожалуйста.
– Прости, родная. Если принять энтропию за истину, то выходит, что всё вокруг нас бесконечные варианты возможного. Случайна наша с тобой встреча. Наши друзья. Наше рождение! Абсолютно всё! Разве не блекнут от понимания этого краски восприятия?
– Ты начал верить в судьбу?
– Твои вопросы всегда попадают в десятку, дорогая. Я призываю не верить в судьбу, а вопреки общей тенденции материи к хаосу, упорядочивать систему! Люди хотят счастья, но не ищут его. Хотят быть здоровыми, но делают всё, чтобы растерять это здоровье ещё до старости. Они увеличивают хаос, но не упорядочивают производные системы. Просто продолжают быть несчастными и больными. Мы встретились благодаря случаю? При первом приближении хочется сказать жирное «Да». Нет! Сами того не осознавая, мы порознь разрушили свой покой, а потом объединившись вернули его. И это не случайность! И не судьба. Это результат наших независимых желаний.