* * *
В нью-йоркском театре играли пьесу "Макбет". Роль юного Сиварда исполнял синеглазый шатен.
- Эй, как тебя зовут?
- Узнаешь - вздрогнешь.
- Нет, даже если имени ужаснее не знают в преисподней.
- Я - Макбет.
- Черт не измыслит имени, чей звук мне был бы ненавистней.
- И страшней.
- Лжешь, гнусный деспот! И докажет это тебе мой меч!
В поединке Макбет, согласно пьесе, убивает юного Сиварда.
На улице меж тем, были свои страсти. Мальчишка-газетчик бежал и кричал:
- Экстренный выпуск! Экстренный выпуск! Экстренный выпуск!
Пьеса подходила к концу.
- Ваш сын исполнил долг солдата, едва успев дожить до лет мужских. Но ни на шаг не отступив, в сражении он доказал, что вправе называться мужем, и пал.
- Убит?
- Да.
- Да здравствует король! Ты стал им, принц! Вот голова проклятого тирана! Да здравствует король Шотландский! Да здравствует король Шотландский!
Пьеса окончилась. Занавес опустился. Но на улице тревога постепенно нарастала.
- Экстренный выпуск! - бежал мальчишка-газетчик. - Читайте экстренный выпуск!
* * *
- Экстренный выпуск! Читайте экстренный выпуск! - пробежал разносчик газет мимо Кенди. - Австрия объявила войну Сербии!
Кенди встала, не веря ушам своим.
- Война... Австрия объявила войну Сербии...
* * *
- Экстренный выпуск! Читайте экстренный выпуск!
- Война... Вы слышали, началась война... - говорили друг другу возбужденные люди на улице. - Австрия объявила Сербии войну...
Для служителей музы эти новости несли тревогу.
- Если начнется война, что же будет с театром? - вопрошал один из актеров.
- Да, могут ввести цензуру, - соглашался другой, помоложе.
- Это может сказаться на количестве зрителей, - тревожилась актриса.
- Но, в конце концов, война началась в другой стране, а не у нас, рассуждала ее собеседница, - это нас-то не касается.
В помещение вбежал еще один актер с газетой в руках.
- Вот смотрите! - крикнул он. - Вы видели утренние газеты? Слушайте: правда, маленькая, но здесь статья о нашем Террозе и фотография!
- Это Терроз? Дай-ка посмотреть, - один из актеров взял газету. "Новая звезда с большим будущим. Хотя он и исполняет второстепенную роль, его игра потрясает. А вместе с классическими чертами лица актера дает нам совершенно нового героя, которого ждет большое будущее".
- Прекрасно, замечательно, - говорили актеры. - Да вот он.
Терри спускался с лестницы.
- Постой, Терри! Ты видел утренние газеты? - актер, который принес эту новость, подбежал к молодому человеку.
- Да, видел, - ответил Терри, не выказывая каких-либо эмоций.
- Тебя так хвалят, знаешь? Даже поместили фотографию.
- Да.
- Ты наша надежда. Теперь ты наша восходящая звезда.
- Спасибо вам всем. А теперь извините, - Терри удалился, не обращая ни на кого внимания.
- Его это не интересует. Что ж, до встречи, - фыркнул другой молодой актер.
- Не слишком ли рано задирает нос? - недовольно заметил актер с газетой.
- Но все-таки он хорош, - умилилась одна из актрис.
- Да. Хотя он совсем молод, играет он прекрасно, ничего не скажешь, согласилась другая, более сдержанно.
- Как хорошо, когда ты такой красивый! - простонал актер, рассмешив остальных.
Терри стоял у окна, погруженный в свои мысли.
- Война... Кто знает, а вдруг Англия тоже вступит в войну?.. Кенди... ты ведь там, - вспоминал он о веснушчатой соученице и о том, что с ней было связано. - Я не должен был оставлять тебя в Англии. Если бы я только мог, я бы пересек океан и оказался рядом с тобой, в Колледже Святого Павла в Лондоне... Те прекрасные дни уж больше никогда не вернутся...
- Мистер Терроз, - подошла секретарь. - Мистер Терроз, к Вам корреспондент, хочет взять у Вас интервью.
- Хорошо, иду, - Терри задержался. - Кенди, я выбрал свою дорогу, и назад пути нет. Но мы с тобой еще встретимся. Будем надеяться, что в Англии ничего не случится.
* * *
- Значит, все мрачные предсказания сбылись, - Кенди шла мимо встревожено гудящих прохожих.
- Я все время боялся, что война вот-вот начнется... Рано или поздно, но Америка тоже вступит в войну, - говорили люди.
Кенди прибежала в больницу.
- Господи, я боялась, что в больнице только и разговоров, что о войне, а они себе спокойно нежатся на солнышке. Здесь все как было, - отметила она.
- Кенди, где это Вы были? - спросил доктор Франк бегущую студентку.
- Я... а что-нибудь случилось?
- Мисс Мэри Джейн просила весь персонал собраться в ее кабинете.
- Значит, что-то стряслось?
- Идите быстрее.
В кабинете директрисы собрались врачи и медсестры.
- Я полагаю, вы все уже слышали эти ужасные новости, - говорила мисс Мэри Джейн собравшимся. - Я прошу вас не произносить ни единого слова о войне в присутствии больных. Им и так приходится несладко. Их нельзя волновать, прошу все время помнить об этом, понятно? И еще: через некоторое время я попрошу вас опять собраться в этом кабинете. У меня будут для вас важные новости. А теперь все свободны.
В коридоре медсестры обсуждали услышанное.
- Как вы думаете, что это за важные новости? - гадали они. - Кто знает, что-нибудь, связанное с войной.
- А если все-таки начнется война, что будет с нами?
- Эй, девочки, думайте над тем, что говорите, - Флэнни сделала им замечание.
- Это Флэнни, - пробормотала Кенди. - Она такая же жесткая и строгая, как мисс Мэри Джейн.
* * *
Кенди стояла при закате, прислонившись к кирпичной стене школы. В руках она держала газетную вырезку.
- Какой чудный спокойный вечер. Даже не верится, что сегодня началась война, - размышляла Кенди. - И все-таки это правда. Эта газета... А потом еще экстренный выпуск...
* * *
- Послушайте, это ужасно, - возбужденная розовощекая Джуди ворвалась в кабинет, где сидели практикантки. - Кажется, Англия все-таки объявила войну Германии.
- Тогда Америка тоже вступит в войну?
- Значит, Англия объявила войну, - встревожилась Кенди. - А Патти все еще в Англии.
В больничном саду Кенди не оставляла мысль о подруге.
- Хоть бы с ней ничего не случилось. Стир, наверное, теперь очень беспокоится.
- Кенди! Кенди, где же ты? - маленькие пациентки бежали к ней с книжками. - Ты обещала почитать нам книжку с картинками, и, пожалуйста, не увиливай.
- Да, конечно, не сердитесь, - ответила Кенди, пряча мысли за улыбкой. - Нет-нет, не показывать им вида, а то пациенты начнут волноваться. Вы знаете, я, между прочим, отлично читаю книги. Идите сюда, садитесь.
- Доктор Франк, что там делает наша Неумейка? - спросила директриса, подойдя к доктору. - Как Вы думаете, она справляется с работой?
- Не беспокойтесь. Вот, посмотрите сами, - доктор показал на ученицу, которая читала детям книжку.
- "И тогда Волк просунул свою морду в открытую дверь!" - Кенди состроила гримасу, рассмешившую слушателей, среди которых были не только дети.
- Она как всегда радостная, - заметил доктор. - За это ее и любят все больные.
- Мне кажется, сейчас нам очень будут нужны именно такие люди, директриса потерла подбородок.
* * *
- Куда это Вы, мистер Даниэль? - Кенди подбежала к пациенту, который вышел из палаты на костыле. - Разве доктор Франк Вам не говорил, что Вам рано еще вставать и ходить?
- Я все время думаю о своей работе... - извиняющимся тоном проговорил мужчина.
- Я Вас прекрасно понимаю, но торопиться не следует, потерпите.
- Мистер Даниэль, что Вы здесь делаете? - у подбежавшей Флэнни были наготове упреки и для сокурсницы. - Кенди, ты же знаешь: малейшая неосторожность, и ему придется ампутировать ногу.
- Но... у меня ничего не болит... - робко возразил пациент.