Эстель опустила руку в корзинку, зачерпнула ладонью малину и, медленно приподняв ее, сильно сжала пальцы, выдавив соки из ягод.
— Ты вовремя, моя девочка, я ждала свой десерт. Самое время приступить к сладкому лакомству, — облизнулась Лакруа и страстно толкнула Кэори на кровать.
Глава десятая
Майкл Дуглас, начальник тюрьмы штата Вашингтон, с любопытством смотрел на старшего детектива ФБР. Отдел специальных расследований о многом говорил мистеру Дугласу и внушал в него трепетное уважение. Даже среди федералов эти парни считались элитой и профессионалами экстра—класса, обладающими практически неограниченными полномочиями в расследовании любого уровня. И сейчас один из них, весьма внушительного вида стоял прямо перед ним. высокий темноволосый мужчина с властным пронизывающим взглядом серых глаз и стальной хваткой рукопожатия терпеливо ждал его ответа.
— Да, мистер Картер. Он здесь. Я уже послал за ним двух офицеров. Сержант Грэймс проводит вас в переговорную, — отрапортовал майор Дуглас.
— Благодарю, майор, — произнес федерал и последовал за охранником.
Расположившись в небольшой комнате, старший детектив положил на стол перед собой рабочий блокнот и папку с личным делом заключенного, которого должны были привести для допроса через несколько минут.
Том Картер был спокоен и невозмутим, хотя в его голове крутилось множество мыслей. После тщательных проверок и расследований, агент вынужден был признать, что его казавшаяся такой перспективной версия об использовании Лакруа наркотических веществ в отношении ее клиентов оказалась несостоятельной. Рецептов она, как и ожидалось, не выписывала, и ни в одной психотерапии не использовала какие-либо препараты. Связать различные угощения или посторонние предметы в приемной психолога с их влиянием на психику клиентов не представлялось возможным. Ничего, абсолютно ничего из ряда вон выходящего в этом вопросе подмечено не было. Детективу так и не удалось найти хоть какую-нибудь зацепку, хоть одну ниточку, ведущую по наркотической тропе разгадки. Он зашел в тупик, и в то же время ясно осознавал, что напал на верный след. Так или иначе, но Лакруа была причастна к странным поведениям Стивенса и Карстона, он в этом не сомневался. Но проклятая ведьма так искусно замела следы, что подобраться к ней не было никакой возможности. Кроме одной, которую, она, спустя столько лет, возможно, не учла. Это был его последний шанс, и если он не оправдается, то ему ничего не останется, как признать свое поражение.
Дверь отворилась, и охранник ввел в комнату заключенного. Усадив мужчину за стол напротив федерала, охранник в очередной раз проверил, надежно ли застегнуты наручники, после чего вышел, оставив мужчин наедине.
Агент Картер внимательно посмотрел на заключенного. Перед ним сидел довольно молодой мужчина с грязными светлыми волосами и тонкими губами. Том хорошо разбирался в людях, и с первых же секунд понял, что из себя представляет этот человек.
— Энтони Стоун, верно? — уточнил детектив.
— И что от меня понадобилось легавому? — прохрипел заключенный в ответ.
— Я из отдела специальных расследований ФБР. В данный момент веду расследование, которое может повлиять на твою судьбу, мальчик. Я ознакомился с твоим делом, которое в некоторой степени меня заинтересовало. Имей в виду, что я – единственный представитель власти, готовый внимательно выслушать весь тот очевидный, либо мнимый бред, который ты указал в качестве мотивации своего преступления. Психиатрическое обследование не выявило у тебя нарушений, благодаря чему ты несешь полную ответственность за совершенное тобой преступление и приговорен к пожизненному сроку. Я – твой единственный шанс на пересмотр твоего дела, которое уже давно никому не интересно. И есть лишь один способ не упустить этот шанс. Ты расскажешь мне все, что произошло ночью 6 июня 1920 года в школьном лагере недалеко от Якимы, в особенности в тот момент, когда ты схватил девочку Эстель Лакруа. Меня не интересует цель нападения и твои оправдания, я лишь хочу знать, что заставило тебя резко изменить свои планы и напасть с ножом на своего сообщника. Говори прямо, открыто и максимально подробно, даже если это прозвучит дико и неправдоподобно. Я слушаю.