«Я хочу знать, где он был сегодня, куда ходил до и после ужина с Эриком, контактировал ли он с Ивом Дювалем или Грейс Мавингой за последние семьдесят два часа. Покидает ли он страну? Показывал ли он какие-либо…
Интересуетесь Люцианом Кейбланом, Питером Гэлвином или Мартой Рейн? Доставьте мне всё как можно скорее.
Джерри записал имена в блокнот и сказал: «Да, сэр». Было почти восемь часов. У него был вид человека, который с нетерпением ждал возвращения домой к жене и детям после долгого рабочего дня.
«После этого у меня для тебя будет ещё одно задание», — сказал ему Кайт. «А потом можешь идти спать».
OceanofPDF.com
31
Частный клуб для членов клуба на Брик-стрит, 49 представлял собой переоборудованный особняк девятнадцатого века в георгианском стиле, в котором когда-то располагался Falaise, модный французский ресторан, который часто посещала мать Кайта в начале 1990-х. Кайт помнил, как его водили туда незадолго до начала обучения в Эдинбургском университете. Марта приехала с ним, сразу после летних каникул в Турции. Он помнил кованые столы с красно-белыми клетчатыми скатертями, неловкие разговоры за авокадо Marie-Rose, серебряные подсвечники, окутанные сталактитами воска. После этого Шерил поехала домой на такси, прошептав на ухо Кайту: «Она такая милая девушка, правда?», и поцеловав его на прощание. Воодушевленный одобрением матери, Кайт купил бутылку чилийского вина в ближайшем винном магазине, помог Марте перелезть через ворота в Гайд-парк и занялся с ней любовью у Серпантина, прежде чем их прогнал охранник.
В какой-то момент за прошедшие тридцать лет всё здание подверглось дорогостоящему ремонту. Фалеза больше не было. На её месте возникло элитное ночное заведение размером с бутик-отель с несколькими барами, подвальным рестораном, украшенным малиновыми и алыми обоями, и переполненным танцполом, играющим хиты Motown и времён расцвета Маргарет Тэтчер. Кайт уже дважды бывал там: один раз на рабочей встрече, а другой на сорокалетии друга. Он вошёл через незаметную дверь на Хертфорд-стрит, его шестилетний фантомный членский билет был размещён Джерри на серверах Брик-стрит двумя часами ранее. Взлом личного телефона Жана-Франсуа Фурнье показал, что француз должен был встретиться с другом на ужин вскоре после десяти. Кайт намеревался найти его и, когда придёт время, выяснить, много или мало он знал о смерти Аппиа.
Предполагая, что он неизбежно встретит бывшего выпускника колледжа Алфорд, члена клуба «Брик-стрит», Кайт зарегистрировался под своим именем. И действительно, спустившись по богато украшенной лестнице в…
В северо-восточном углу он заметил Кристиана Батерста, парня из своего дома, когда-то стройного полузащитника, а ныне дородного финансиста с копной седых, как мел, волос. Резко свернув у подножия лестницы, Кайт скрылся из виду, огибая край танцпола, пока не оказался в длинной очереди к бару. Фурнье, вероятно, находился на противоположной стороне подвала, обедая в одной из кабинок, что обеспечивало посетителям клуба определённую степень уединения и тишины.
Кайт достал телефон. Там было сообщение от Кары в Signal и WhatsApp от Изобель. Он ещё не рассказал Изобель о смерти Эрика. Нажав на её сообщение, он увидел, что она прислала фотографию Ингрид в ванной с эмодзи в виде сердечка. Под ним она написала: «Скучаю по папочке».
«Я тоже по ней скучаю», — ответил он и открыл сообщение от Кары.
Есть ли какие-нибудь его следы?
Ответ Кайта был лаконичен.
Никто
Через несколько мгновений на Хертфорд-стрит остановилось чёрное такси. В ночной Мейфэр появился красивый пакистанский бизнесмен средних лет в сопровождении прекрасной молодой женщины – лет на десять моложе его.
В туфлях Louboutin и обтягивающем красном платье. Внимательный наблюдатель заметил бы три пуговицы на манжетах костюма бизнесмена Turnbull.
Рубашка от & Asser, а также золотое обручальное кольцо на безымянном пальце левой руки. На нём были броги Church's, строгий костюм и часы Audemars Piguet из жёлтого золота, оцененные по самым скромным подсчётам в 350 000 фунтов стерлингов.
Молодая женщина без обручального кольца не была его женой. Она даже не была его девушкой. Тем не менее, она держала его за руку, пока они шли к главному входу дома 49 по Брик-стрит. Выстояв очередь за группой взволнованных гостей, большинство из которых были в возрасте около двадцати пяти лет, бизнесмен подошёл к стойке регистрации и представился Реханом Салимом – псевдонимом, который он использовал для входа. Девушка-хостесс ввела имя в систему бронирования, поприветствовала мистера Салима и ввела данные его спутницы – полностью вымышленной леди Амелии Ламбе – прежде чем пожелать им обоим приятного вечера.