— Город Энмалест является местом обитания двух аномальных культов…
Нетрудно было заметить разительный контраст между типичным поведением Кортни и тем, как она говорила сейчас. Даже с Руководством через Тиффани ранее агент «К» общалась куда более развязно, нежели сейчас. Ни слова мата, ни слова не по делу, никаких оценочных суждений или мнений. Только факты и цифры, если такие имелись.
Благодаря этому весь доклад занял не более минуты и при этом содержал исчерпывающее количество информации о происходящем. О Чёрной книге Кортни даже не обмолвилась. С её слов, причиной пребывания здесь сразу двух культов был Максим-Максимыч, что, в общем и целом, было правдой, но далеко не всей.
Ответа ждать пришлось довольно долго — несколько минут, не меньше. Директор Киснер, прежде чем как-то отреагировать, либо совещался с кем-то, либо продумывал ответ. Правда, сам ответ, был, мягко говоря, малосодержательным:
— Действуйте как полагаете нужным сообразно обстановке. Организация предпримет все необходимые чрезвычайные меры для предотвращения разрастания кризиса. Помните: наши смерти не напрасны, если наступит завтрашний день. Благодарю за службу, агент «К».
На этом диалог завершился. Первое впечатление Смита о том, что разговор оказался сущей пустышкой, конечно же, оказалось совершенно неверным. Для этого даже чужие объяснения не потребовались — он всё понял и сам. Агентам предоставили полную свободу действий, а это было самым важным в данный момент.
— Киснер — бывший служака, — пояснила Кортни, тоже по-своему довольная тем, как всё обернулось. — Нам очень повезло, что он там сейчас всем верховодит, а не кто-то из этих хуесосов в белых халатах. Эти бы пафосными цитатками не ограничились. Если всё пойдёт совсем замечательно — помощь подоспеет ещё до того, как руины этого дерьмогового городка остынут.
— Этот Киснер — агент? — догадываясь, каким будет ответ, уточнил Смит.
— Нет, конечно же. Вершина нашего карьерного роста — одна крохотная ступенька. Лидер отряда хуё-моё. — Агент «К» глубоко задумалась, после чего тихо добавила: — Киснер — из тех служак, что за нами прибирает, потому он что-то и соображает.
— А ещё ему восемьдесят семь лет, — кратко, но с намёком отметил Раджеш.
Куда именно он клонил, гадать не требовалось. Картники у них не было, но голос по связи не звучал как голос старика. Если бы Смиту предложили, основываясь на этом коротком разговоре, описать внешность Киснера, он бы сказал, что тому лет пятьдесят максимум.
— Соблазн жить всегда сильнее гласа рассудка, — безжизненным тоном высказалась Тиффани. — Жажда обрести вечность — яд, разъедающий нашу душу.
При этом смотрела агент «Т» аккурат на Данте, который определённо не знал, чем себя занять. С современным оружием он явно был не в ладах. Сообщить что-то полезное — уже и так сообщил. Да и в целом он желанием сражаться не горел. Маг явно прикидывал, как бы под неким благовидным предлогом «уступить» место Джеку. Кортни его мучений не могла не заметить, но всё же старательно притворялась слепой и глухой.
— Трус, — прямо высказался Смит, наконец не выдержав.
Его проигнорировали. Впрочем, долго Данте не продержался и, так и не найдя повода, пошёл наиболее прямым путём.
— Милая донна, знаешь ли ты, чем я был занят, когда этот ужасный человек — Гарибальди — вёл своё отребье на Рим во второй раз?
— Забился в самую глубокую нору и сидел там, ссась от страха за свою шкуру.
— В общем-то… — маг явно мог бы поспорить, но он не этого добивался. — Ты, конечно, как и всегда права, милая донна.
— Неужели ты не хочешь отомстить своему обидчику? — удивился Смит.