— Стереотипы правят миром, как говаривал один хуесос, — зевнула Кортни. — Так чё, дед, мы будем сегодня сражаться или как?
— Дело в том, девица-ц, — немного отвёкся от неких своих дум Максим-Максимыч, — что я вообще не собираюсь с вами сражаться. Больно надо!
— Сразу сдашься? — без всякой на то надежды уточнила агент «К».
— И испытать на себе «милость» твоих хозяев? Ц! Нет уж, уволь. — Агент-предатель вдруг обрёл прежнюю уверенность. — Да будет тебе известно, что новорождённые боги-ц чрезвычайно голодны.
— М-м-м, — протянула Кортни, не совсем поняв, к чему это он. — Дед, во мне пятьдесят шесть кило. И если б не кости — было бы раз в десять меньше. Смотри, изжогу не заработай, короче.
— Забавно, что ты подумала про каннибализм, — Максим-Максимыч усмехнулся. — Нет, твои, с позволения сказать, телеса меня не интересуют. — Он обвёл рукой агентов. — Как всегда было заведено-ц, вы все служите-ц не только Организации. Каждый из вас имеет и иного покровителя.
— О! — оживилась агент «К», мгновенно поняв, о чём шла речь. — А вот это ты придумал занятную схему.
— Никого нет на связи, — напомнил Смит.
— Конечно нет! Ц-ц-ц, — подтвердил кивком агент-предатель. — Мы потрудились над тем, чтобы у ваших покровителей-ц появилась тревога и, как следствие, незамедлительное-ц желание проверить, как там их любимые игрушки. В нужный момент нужный занавес приоткроется, и я в новом своём обличье буду пировать.
Кортни молча поаплодировала такому полёту мысли. Какого-то беспокойства на сей счёт агент «К» не высказала, и Смит сильно сомневался, что дело исключительно в том, что она так уж уверена в их победе. Раджеш тем временем прикинул вслух:
— Отработка типовых решений в схожих ситуациях, Чёрная книга в качестве проводника, пара могущественных аномальных сущностей в роли топлива, — он указал на художника, — и тауматургические способности, закрепляющие результат. Это может сработать.
Мастер и Ламель удивлённо на него вытаращились. Видимо, они сами задумку до сих пор понимали куда как хуже. И даже не предполагали, что совершенно посторонний тип вроде агента «Р» способен настолько быстро набросать общую картину. Хотя Смит со своей колокольни подозревал, что тут разобрался бы даже Джек, пускай и не настолько быстро. Дело было в опыте и только в нём.
— Верно сказано, ц-ц-ц, быстро схватываешь, обезьянка, — похвалил Максим-Максимыч и достал из-за пазухи пистолет. — А поможет мне в этом парочка «Вторых шансов».
— Повторить исходник получилось не сразу, но у меня получилось! — Мастер не удержался от того, чтобы похвалить сам себя.
— Что, срисованные копии повторяют свойства оригинала? — не сильно, но всё же удивилась Кортни.
— Хочешь проверить? — агент-предатель «услужливо» направил на неё ствол.
— Не-е-е, ты явно хотел ещё что-то добавить. Валяй.
— Ага, — улыбаясь во весь рот, подтвердил Максим-Максимыч. — Как по-вашему, я старомоден-ц?
Агенты, поняв, что от них в буквальном смысле требовали ответа, переглянулись. Общую точку зрения наилучшим образом выразил Джек:
— Ты настолько старомоден, дедуля, что тебе это не идёт.
— Угу, так что ж вы все такие умные, новомодные, ц-ц-ц, соизволили есть со мной с одного стола, м? Или, может, уже забыли, что в мои молодые годы к еде даже не прикасались, прежде чем проверить её парой другой слуг, хм? Ц!
Смит ошарашенно убедился в том, что к этому моменту абсолютно все агенты успели так или иначе съесть или выпить со стола хоть что-то. Даже Тиффани и та попробовала курочку «на зубок». Про Джека, сожравшего целый вагон еды, или Кортни, вокруг которой рос забор из полупустых бутылок, и говорить было нечего. Да и агент «С» не сидел голодным. Следы наглядно демонстрировали дегустацию минимум десяти разных блюд.
— Я пробыл агентом достаточно, чтобы знать, что жрать вам хочется всем и всегда, ц-ц-ц, — вещал чрезвычайно собой довольный Максим-Максимыч. — Особенно на заданиях, когда и минутки нет на перекус. Да и какой там перекус, да?
Тут-то до агента «С» и остальных дошло, что же скрывалось на самом деле за отвратительным качеством еды. В этом смысле агент-предатель очень ловко предугадал все их мысли. Никто из присутствующих даже не подумал о том, что еда невкусная именно из-за яда.