— Я спросила, чем это ты был занят?
— Будил, уже семь утра…
— Ох, бля, спасибо, а я думала, что кто-то стоит надо мной, пялится и дрочит!
— Я не…
— Заткнись нахуй! — оборвала Кортни.
К этому моменту она успела не только одеться, но и даже закурить. Что удивительно, несмотря на то что весь процесс не занял и минуты, одежда пребывала в идеальном состоянии. Ни одной мятой части. Никаких лишних складочек или неправильно застёгнутых пуговиц. Аналогичная по сути метаморфоза произошла и с волосами. Без единого взмаха расчёски они оказались уложены в ту же самую что и накануне сложную, кажущуюся хаотичной систему.
— Ты должен был разбудить меня во сколько? — продолжила агент «К» краем рта, не занятым сигаретой.
— В семь, — сказав это, агент «С» начал догадываться, в чём состояла его ошибка, за которую он сейчас пострадает.
— А сейчас?
— Семь ноль две…
— Мы, блять, не в грибы с-сука собрались! — взорвалась Кортни. — А я не твоя мамка, которая будит тебя через двадцать минут после назначенного времени! Сказала, блять, в семь — значит в семь! Ясно?!
— Ясно, — коротко ответил Смит и без лишних команд направился к остальным.
Впрочем, этого и не требовалось. Либо скандал, либо внутренний таймер уже разбудили как Раджеша, так и Джека. Последний, неторопливо одеваясь, с хитрецой глянул на Смита и как бы с сочувствием заметил:
— Утренний недоёб — он такой.
— Джек, заткнись нахуй, — донеслось с другого конца комнаты.
Не задерживаясь, агент «С» двинулся дальше. Однако с Тиффани возникла заминка. Её не было на месте. Можно было бы подумать, что девушка на фоне скандала незаметно ускользнула из комнаты по всяким там утренним делам, но спальник вообще не трогали. Смит их и раскладывал, поэтому запомнил, как те лежали. Да и вряд ли кому-то удалось бы поспать в скрученном и к тому же связанном спальнике.
Поиски много времени не заняли. Действуя по наитию, Смит отправился не в коридор, а в смежное помещение. Дверь туда как раз располагалась рядом с местом Тиффани. Если спали они в некой условной гостинной, довольно обширной, то это была именно комната. Очень небольшая комната. Здесь вряд ли бы смогли жить больше одного или двух человек. Банально бы не хватило места. Конечно, ничего из убранства — оно попросту отсутствовало — не указывало на истинное назначение комнаты.
Точнее, убранство отсутствовало ещё вчера, когда здесь побывал Смит, убирая мусор и проверяя, насколько надёжно заколочено окно. Ныне же здесь находился старинного вида резной деревянный стол. Он выглядел настолько древним, что агент «С» нисколько не удивился, заметив на столешнице специальные углубления для чернильницы, промокашки, перьев и всего такого.
Однако не старина и даже не резьба на дереве завладели вниманием Смита. Тиффани сидела за столом, откинувшись на спинку убогого, разваливающегося стула. Судя по состоянию, его, в отличие от стола, позаимствовали где-то в общежитии. Руки же агента «Т» лежали на столешнице ладонями вверх в весьма характерном положении. Соответствующие кровавые следы на запястьях также присутствовали. И даже «лезвие» нашлось. Целый кинжал, судя по его виду, нисколько не напоминающий современный столовый нож — как минимум ровесник стола.
Ныне кинжал лежал на полу в небольшой тёмно-бордовой лужице. Именно обратив внимание на кровь, Смит почуял неладное. Хотя не сказать, чтобы вид мёртвой «коллеги» был настолько уж обыденным для него. Просто шок от этого очень быстро прошёл, и пришло осознание, что Тиффани не так уж и мертва, как могло показаться с первого взгляда. Не более мертва, чем вчера вечером, когда двадцать минут кряду, почти не дыша, с пустым взглядом пялилась в стену. К тому же, если приглядеться, агент «Т» вполне себе дышала.
Но больше всего внимание агента «С» привлёк тот факт, что крови было неприлично мало. Почти что и не было, во всяком случае, на столе. Она словно бы впиталась, и не сложно было догадаться, что именно послужило «губкой».
На столе лежала массивная книга — такую одной рукой и Смит не поднял бы, к тому же ещё и в металлической оправе. Сложно было понять, дневник ли это, но её явно писали от руки. И процесс был далёк от завершения. Примерно треть толстых, желтоватых страниц как будто бы из кожи, оставалась пустой. Текст было не разобрать, хотя на зрение агент «С» не жаловался. Только вот острые, угловатые бордовые буквы всё равно сливались в единое, слегка дрожащее под взглядом месиво, словно не хотели быть прочитанными.
Само собой, у Смита возникло желание подойти ближе и посмотреть. Прикоснуться, перелистнуть пару страниц, понять, чья же это кожа, узнать, что находится на обложке, кто автор… Желание было слишком сильным, внезапным и навязчивым, чтобы происходить только из врождённого любопытства. Смит попытался сопротивляться этому желанию, но это оказалось сродни тому, чтобы пройти мимо бесплатной дегустации сыра. Он успел протянуть руку и сделать ровно шаг, прежде чем за его спиной раздался хриплый голос.