— Приятно видеть стабильность. Миры меняются, апокалипсис хуё-моё, а мудаки остаются мудаками.
— К нам что-то приближается! — стоял на своём Смит, но его не слышали.
— Слушай меня, ты! — надвигаясь на Кортни, начал Сигма. — Ты остаёшься моей…
Ситуацию неожиданно спас Джек. Запах он либо не чуял, либо не придавал ему значения, но зато зрение не подкачало. Движение впереди по дороге, причём в их направлении, агент «Д» заметил по едва различимой игре света — блику.
— Тихо! — крикнул Джек. — В укрытие!
Не мешкая, он спешно убежал в сторону от дороги — в кювет, а там спрятался за перевернутый автомобиль. Такое сочетание слов и действия произвели эффект — споры и ругань прекратились. Агенты и оперативники мгновенно нашли себе по укрытию, растянувшись тонкой цепью поперёк дороги. И вопреки всем различиям, действовала группа на зависть слаженно. Будто эти шесть человек только и делали, что тренировались рассредотачиваться.
Центральное место занимал, конечно, Сигма, расположившийся аккурат между Джеком и Кортни. Смита и Банши «вымыло» на крайние позиции на самых флангах. Тиффани же, не демонстрируя какого-либо желания пользоваться огнестрельным оружием, заняла позицию чуть позади линии, где принялась чертить себе мелками рунный круг.
Правда, уже заняв свою позицию, Банши вдруг заметила, что все без исключения, кроме неё самой, побросали тяжеленные сумки с «оборудованием» точно там, где стояли. Оперативница без раздумий покинула позицию и принялась собирать брошенные вещи. Металась туда-сюда с осмысленностью, не превышающей таковую у безголовой курицы.
— Дура, — кратко охарактеризовал такое поведение Сигма, не пытаясь, впрочем, остановить Банши.
Смиту с укрытием, можно сказать, повезло — им служил перевернутый полицейский «уазик». С чем ему повезло не так сильно — это с самим собой в общем и с самообладанием в частности. Предвкушение грядущего боя, не стычки, не короткой перестрелки, а полноценного боя с неизвестным, заставило агента «С» всерьёз задуматься, готов ли он… и понять — не готов.
Из головы мгновенно вылетело всё, чему Смита учили. Весь прошедший год непрерывной учёбы оказался в мгновение ока забыт. Агент «С» даже автомат с предохранителя снял лишь после заминки. Которую, конечно же, заметил Сигма:
— Хорошо же его обучили — он не знает, как оружием пользоваться!
То, что такого рода комментарии не помогали, было понятно всем. К счастью, вскоре противник показался, и стало не обсуждений. Тут-то оказалось ясно, что чему там ни учили Смита, как бы хорошо он это ни запоминал, в программе обучения попросту отсутствовали уроки на тему: «как противостоять орде собакообразных существ».
Точнее, им объясняли, что надо делать в похожих ситуациях. Только вот вызвать авиаподдержку не представлялось возможным. Агенты в плане тактики боя ничем не отличались от классических разведывательно-диверсионных групп. Разведка, устранение опасных одиночных целей, короткие стычки — никаких полномасштабных боевых действий.
Смит не без ехидного удовлетворения отметил, что Сигма тоже не очень понимал, что мог противопоставить их отряд бесчисленному множеству мелких тварей. Сами эти существа будто бы прибежали сюда прямо с холстов некоего сумасшедшего художника. Среди сотен и тысяч тварей было не сыскать двух внешне похожих. И лишь одно их объединяло: окрас, отдававший масляными красками и классической живописью. Именно одно из таких существ, подвернувшееся под колёса, и вынудило «газель» оперативников остановиться. И от них же исходила вонь как от краски.
Какого-то конкретного плана, как им действовать, у группы так и не появилось. Первым открыл огонь Джек, а после него остальные. Только Банши всё носилась со своими сумками, пытаясь одновременно не попасть под пули и сберечь оборудование. Тиффани же, закончив рисовать, сидела в такой позе, будто молилась — закрыв глаза и вяло шевеля губами.
Помогало это или нет, понять было сложно. Промазать оказалось практически невозможно, а сами автоматные очереди выкашивали тварей целыми десятками. Бегущим существам было совершенно плевать на потери. На место убитой сразу становилась другая, создавая ощущение непрерывной волны. Примерно так оно и было: с тем уже успехом можно было расстреливать морскую волну во время цунами.