— И как же? — поинтересовалась Кортни, достав и сразу же убрав пачку сигарет.
Выразить эту мысль агент «С» смог лишь после довольно продолжительных раздумий, и ещё раз оглядев округу. Он понял, что его разочаровала даже не реакция гражданских, а вся эта альтернативная реальность целиком.
— Здесь ещё хуже! Я думал…
Кортни на удивление терпеливо позволила ему сформулировать наконец мысль и договорить. Хотя ответ уже был написан на её лице. Он там проявился после первых же слов.
— Думал, что увижу то, к чему надо стремиться!
— А увидел наглядный пример, как может быть ещё хуже, чем есть. Как делать не надо. — Агент «К» развела руками и вдруг спросила: — Джек, а ты что думаешь?
Ответ, кажется, удивил даже делавшую вид что не слушает их разговор Тиффани.
— Я разочарован. — Агент «Д» кивнул в сторону тела Банши. — Она очень испортилась. Стелла никогда не была нормальной, как и я, хех. Но чтобы так…
Как это ни удивительно, Кортни не только согласилась с такой оценкой, но и даже дополнила её. Пускай и со своей колокольни:
— В нашей реальности этот мудачелло, — она кивнула в сторону Сигмы, — может и был отборным мудаком, но не настолько, чтобы мнить себя властелином мира. Это даже, блять, звучит нелепо.
— Но стереотипно, — заметил Смит, имея в виду тот факт, что это могло и сработать.
— Любил он эту херню, — прокомментировала Кортни кратко, как будто бы с ностальгией.
— Готово, — сообщила Тиффани, указывая на светящийся проём. — Ваш мир ждёт своих спасителей.
— А что насчёт тех двоих? — осведомился Джек и указал на пятно, оставшееся от Ламель. — С этой-то ясно, но второй ушёл, сучок.
— Он скрылся, и лучшее, что я могу сделать — вернуть вас обратно, дабы вы с ним разобрались.
Что-то уточнять здесь было излишне. Выходило, что появление в этой реальности агентов не то что не было какой-то случайностью, а вообще являлось чем-то вроде восстановления баланса. Оставалось лишь непонятным, зачем сюда полез Максим-Максимыч со своей «семейкой». Что-то подсказывало Смиту, что дело отнюдь не в желании сеять зло во имя зла.
— Не хочешь с нами? В гости, — предложила Кортни. — Пообщалась бы сама с собой, обсудили бы всякую… теологию.
— Всё, что надо, я уже знаю. — Губы Тиффани дрогнули в некоем подобии улыбки. — Остальное узнаю, когда настанет мой час.
— Ты знаешь, что надо делать, — агент «К» указала на тело Сигмы.
— Знаю, как ты. Мы обе знаем и чтим традицию. И соблюдаем её, невзирая на обстановку.
— Везучий гад, — буркнул Джек. — Два из двух, чтоб его!
Смит ничего из этого разговора не понял, и никто до объяснений не снизошёл. Причём его недоумение заметили, но отреагировали в точности как взрослые, обсуждающие свои дела в присутствии ребёнка — покосились, обменялись многозначительными взглядами и продолжили говорить о чём говорили.
Уже в самом конце, когда агенты почти коснулись портала, Тиффани несколько сдавленным тоном, непрерывно меняющимися голосами вдруг принялась вещать:
— Ваш враг… забрал из нашего мира… нечто незаменимое… остерегайтесь этой силы… ибо его злой ум обречёт… на гибель не только себя… но и всех вас.
***
— Итак, мне что-нибудь зачтется? Будет суд? Может быть, трибунал? — насмешливо осведомился, походя пытаясь закурить, призрак, которого некогда звали Сигмой. К его большому огорчению, волею текущего состояния закурить даже «призрачные» сигары у него не вышло.
Стоявшая у него за спиной, худая сероглазая девушка в бесцветном балахоне отрицательно покачала головой. Погладив створку дверей, она сказала:
— Мне нет дела до того, как ты жил. Кем был. Кем себя мнил. И тем более до твоих никчёмных оправданий на этот счёт. Моя роль состоит в ином.
Сигма резко обернулся в её сторону, пару секунд смотрел явно ничего не понимая, а затем не без труда, со страхом выдавил:
— ТЫ?!
Дача
Пребывая в некоторой растерянности, агенты вернулись туда же, откуда их выдернули — в жилище профессора Оранова. Их лёгкая дезориентация была вызвана тем, что с их точки зрения прошёл весьма приличный промежуток времени. Чуть ли не целый день, к тому же густо насыщенный событиями. Хотя здесь — в их Энмалесте — только-только расцветало утро.
На телефон или наручные часы полагаться было глупо, поэтому Смит огляделся, а затем просто выглянул на улицу, проверяя статус рассвета. Судя по полоске света у самого горизонта, в «зачет» пошло только то время, что агенты провели в пепельнице. Другой Энмалест и тамошние похождения остались за скобками общего уравнения.